Он пытался забыть мягкие, чувственные губы Дженнифер с другой. Он отступал, уезжал на родину, лишь бы никогда не пересекаться с по лисьему хитрым взглядом и блеском красивых глаз. Он сменил несколько квартир, только бы его перестал преследовать полюбившийся сердцу запах миндаля, кофе и туберозы.

- Я говорил, что все ведьмы, без исключения, должны гореть на священном костре инквизиции. И вот ты здесь, в одежке под цвет твоих дьявольских волос, мои слова - настоящее пророчество. - И чего же ты хочешь от меня? - шепчут в телефонную трубку сухие, потрескавшиеся от жажды губы. - Называй меня папой, ведь только я способен вытащить тебя из той ямы с дерьмом, куда ты окунулась с головой