Что делать, если два твоих друга без конца ругаются и мешают всем остальным жить? Запереть их в одной комнате, конечно же, а ключи потерять.

Студент медицинского университета - Хван Хёнджин заметил в милом официанте из кафе одну странную вещь, которую, как оказалось, тот не замечал. Или просто притворялся, что не замечал..? 05.01.2024 - 16.03.2024

Енджун, блять, не слепой. Ёнджун видит свежие синеватые отметины на бледных бёдрах, опоясывающие запястья гематомы и тускнеющий с каждым днём безжизненный взгляд Бомгю. А тот всё продолжает хранить молчание, лишь отмахиваясь: "Всё обоюдно, хён. Всё по согласию."

Пойти погреться у Хёнджина в общаге «пока соседа нет», было плохой идеей. Купить красное полусладкое вино и упаковку мармеладных мишек - ещё хуже. Да и накрываться одним пледом было просто ужасным решением. Феликс буквально ощущает жар, исходящий от тела друга. И будто алкоголь подкидывает дров в пламя. Щёки начинают гореть как-то непривычно, а в голову лезут всякие дурацкие идеи.

Феликс и Хёнджин лучшие друзья «с пелёнок». Они были «не разлей вода», никогда не ссорились и не расставались ни на секунду. И все вокруг уже были уверены, что Хёнджин и Феликс окажутся альфами. Только вот в четырнадцать их ожидал сюрприз. И если Хёнджин ожидаемо оказался альфой, то Феликс - омегой.

- Не знаю, как ты, но я не собираюсь ни с кем, по крайней мере, сегодня, трахаться, - поспешил уверить Хёнджин, находя причину чужого нервоза именно в этом. - Тогда, как мы... Ты же знаешь их реакцию, если мы не... - Феликс замялся, но был полностью понят Хваном. - Мы можем создать видимость, будто между нами что-то было. Ну, или типо того, - Джин неловко почесал затылок и взглядом полным надежды посмотрел на Ли.

Хёнджин всегда считал себя альфой без вкуса. Нет, не тем, кто охотно вёлся на каждого, даже самого отталкивающего омегу, думая лишь членом. А тем, кому просто было «без разницы». Он без проблем мог бы запасть на кого угодно, в независимости от роста, веса, характера и других важных и не очень данных. Вот только он ни на кого никогда не западал, да и в принципе, с противоположным полом привык держать незримую, но достаточно ощутимую дистанцию. Любитель одиночества? Вообще нет, просто все вокруг будто были «не его». А потом к ним в группу перевёлся недавно приехавший из Австралии Феликс. И всё поменялось. Тогда Хёнджин наконец-то понял, что всё это время в его вкусе были пахнущие свежей мятой омеги с очаровательными маленькими ручками, выбеленными длинными волосами, забавным акцентом и вгоняющим в ступор низким голосом, после которого он долго думал над тем, как бы возбуждающе звучали приказы, произнесённые им.

Хёнджина всего колотит от чувств. Он в непривычной себе манере ломается, так как понимает: им нельзя это делать прямо сейчас. Но окончательно сдаётся, стоит Ли схватить его за запястья и разместить его руки на своей оголённой талии. Той самой, при одном взгляде на которую у Хвана встал, как у пубертатного школьника, прямо во время важных съёмок к камбэку. - Твоя талия - это что-то невозможное... - роняет между хаотичными поцелуями он, губами ощущая чужую довольную улыбку.

- После этой ночи ты только и будешь, что искать омег, подобных мне. Но скажу сразу: всё, что ты получишь от меня здесь - единоразовая акция, - с расстановкой произнёс около чужих губ в ответ он. - Ни за что, - агрессивно вцепился в железный прут Хван. - Чан был прав насчёт тебя, самая настоящая... - Успокойся, Хёнджини, - положив ладонь альфе на губы, не дал договорить Ликс. - Нервозность вызывает снижение либидо, - хихикнул после. - Я действительно тебя ненавижу... ... И безумно хочу. [присутствует продолжение. смотрите в профиле "Calm down, Felix"]

[2 часть фанфика "Calm down, Hyunjinie"] В какой момент у него началась вся эта хуйня? Ответ заставлял злость переполнять тело, глаз невольно дёргаться, а ногти оставлять глубокие следы на ладонях от того, как сильно сжимались его кулаки. В тот, когда порог отделения перешагнул самый отвратительный и горячий омега, умудрившийся кардинально изменить его предпочтения и заодно спиздить наручники, с которыми они практически развлеклись до этого. «Почти», потому что Хёнджин был больше заинтересован в аппетитной заднице и умелых ручонках, нежели в бесполезной железке, сразу отлетевшей на пол после того, как омега прогнулся, уперевшись руками в стену, и игриво подозвал его к себе. В мыслях то и дело вертелось: «После этой ночи ты только и будешь, что искать омег, подобных мне...», и, блять, так оно и случилось. Эта маленькая тварь прочно засела в его голове. Ну, или в головке члена, который больше не спешил вставать, если перед ним не было подтянутого живота с выраженными кубиками, худых бёдер и... покрытых слезами веснушчатых