Василий Андреевич Жуковский надеялся на семейное счастье со своей ученицей, Марией Протасовой. Однако, у судьбы были иные планы: девушку отдали замуж за другого, а Жуковский углубился в работу. Поэт уже почти смирился, как вдруг известие о смерти возлюбленной полностью нарушило хрупкое душевное равновесие мужчины. Вот тут-то о себе напомнил подарок старого знакомого, профессора Глинки, которому Жуковский был обязан назначением на должность учителя русского языка для Великой княжны Александры Фёдоровны. Необычная вещица заставляет Василия Андреевича скитаться в прошлом, лелея надежду изменить настоящее.

Николаю Антоновичу определенно повезло - он сумел выбраться из Пустоши при помощи Императорского дива. Однако, после нахождения в этом неизведанном царстве холода, у него появилась странная потребность в ласках, которая не даёт ему покоя. И кому же, как не Гермесу Аркадьевичу, решить эту проблему?

Москва сгорел, когда Александр Петрович был ребёнком. после того, как Саша остался без наставника, ему пришлось повзрослеть, применять знания, что давал Михаил Юрьевич на протяжении столетия. выросли обязаности, вырос и Саша..

Жандарм имел потребность целовать, возвышая Николая чуть ли не до божественного создания, которому необходимо поклоняться. Губы его сами находили бледные лопатки, мягкий животик, выпирающие ребра. - Ваше Величество, - выдохнул Александр. - Молчи, - промурлыкал Никс, выгнувшись в пояснице. Александр Христофорович Бенкендорф/ Николай Павлович Романов.

За время своего недуга Василий Петрович Ивашев убедился, что Пестель может быть не только непреклонным и упёртым заговорщиком, а также заботливым старшим братом. О том, как Павел Иванович выхаживал больного товарища.

Бенкендорф не любил нахальных девиц, особенно таких, которые вламываются к нему с просьбой пропустить в печать свою рукопись. Впрочем, нахальные девицы тоже его не любили, в частота - Ольга Алексеевна Пташкина, которая готова хоть восьмерой вывернуться, лишь бы жандарм пропустил ее роман в печать. ОЖП (Ольга Алексеевна Пташкина) / Александр Христофорович Бенкендорф. Автор намеренно игнорирует исторический канон.

- Ну, Пашенька, уедешь - уедешь.. и вылечишься, и на ноги встанешь,- пыхтел Сергей Григорьевич, усаживая друга в коляску,- все сложится, все будет хорошо.. Сергей Волконский/ Павел Пестель. Действия происходят в конце 1825 года. Серж пытается спасти больного Павла, а вокруг царит атмосфера приближающейся катастрофы. ______________________________________________________ Отношения между ними неопределенные. То ли возлюбленные, то ли друзья.

- Мы не принадлежим себе, теперь нет. Михаил Михайлович, нашу участь решит время, - отчеканил слова Алексей Андреевич Аракчеев, подняв решительный взгляд на реформатора. На улице раздалась оглушительная пушечная канонада. Про поведение Аракчеева и Сперанского в роковое четырнадцатое декабря.

Между друзьями всегда есть тема, о которой не принято говорить. Вот и у Бенкендорфа с Волконским была такая.

просто фанфик про маршала и генерала из XIX века, про двух модников из разных стран, которые устраивали свидания без свиты.