День всех святых считался подходящим временем для приёмов. Формально - потому что граница между мирами становилась тоньше, и присутствие разных сил считалось допустимым. Неформально - потому что в такие дни удобно прятать то, что не должно выглядеть как убийство. Маски, ритуалы, свечи, символика - всё это позволяло объяснить любое отклонение от нормы словом "традиция". Меня вызвали ближе к полуночи. Не приказом, не просьбой - уведомлением. Таким тоном обычно сообщают о погоде или смене протокола. Без эмоций. Без вариантов.

Я узнал об этом деле не из крика, не из срочного вызова и даже не из шёпота. Я узнал о нём из отчёта, который никто не читал. Бродяга. Без имени. Без возраста. Найден в старом тоннеле под складскими районами. Причина смерти - "не установлена". Тело - "передано на утилизацию". Слово "утилизация" всегда звучит честно. Оно сразу даёт понять: речь идёт не о человеке, а о проблеме, от которой избавились.

Ночь в этом городе всегда начинается одинаково. Не с темноты - с паузы. Сначала шумы днём устают. Потом улицы делают вид, что засыпают. А потом город остаётся один на один с теми, кто не умеет спать.

Город под неоном не спит: дождь смывает следы, а тени двигаются слишком правильно. Дор - сыщик, который привык расследовать дела там, где обычная полиция не работает. Однажды ночью у двери бара появляется свёрток с печатью вампирского клана и странное изумрудное перо. Наутро приходит приглашение в Верхний квартал - место, где чужих не любят и свидетели не нужны. Нуар-детектив с элементами мистики и городского фэнтези. Дело №1.