Я всегда мечтала об Испании. О Барселоне, о солнце, о воздухе, пахнущем морем и апельсиновыми садами. Моя бабушка рассказывала о ней, и в каждом её слове жила теплая, почти сказочная страна - место, где можно начать всё заново. Я ехала туда, чтобы осуществить мечту. Но Испания оказалась не просто солнечной сказкой - она стала моей погибелью. Здесь я встретила не только красоту, но и страх, боль, и человека, способного разрушить и переписать мою жизнь.

Я выбрала его сама. Не потому что хотела - потому что мир сузился до одного решения: либо он, либо смерть другого человека. И я выбрала монстра. Смешно, как легко тогда прозвучало это «да». Я не понимала, что подписываю себе приговор. Три месяца рядом с Валерио Варгасом - это не жизнь. Это дрессировка боли. Это пытка на выживание в доме, где стены слышат всё, а тени подчиняются только его голосу. Я стала его вещью, его раздражением, его зависимостью - и его любимой игрушкой, которую он ломает ровно настолько, чтобы не потерять интерес. Я вижу, как он самолично конструирует себе ад и зовёт меня жить в нём с ним. Его насмешки звучат громче траура, его желание - жестче кнута, его забота - острее ножа. И каждый раз, когда я думаю, что хуже уже не будет, он доказывает обратное. Но, знаешь что? Я не падаю на колени. Я плюю в лицо его правилам. Я вызываю его ярость - и остаюсь стоять, даже когда он хочет меня раздавить. Он хочет, чтобы я молчала, но именно мои слова сводят его с ума. Он хочет, чтобы я покорилась, но именно мой бунт делает меня ему нужной. Он хочет сломать меня - но не понимает, что ломается

Я думала, что страх имеет предел. Что к боли можно привыкнуть. Что, если назвать насилие выбором, оно перестанет ломать изнутри. Я добровольно вошла в его мир. Произнесла клятву. Приняла Валерио Варгаса. Вокруг - войны семей, старые долги, Нью-Йорк и Барселона, люди, для которых убийство - рабочий инструмент. Внутри - Валерио, разрываемый призраками отца и собственной одержимостью. Я верила, что смогу быть для него границей. Что смогу остановить его там, где он ещё способен слышать. Но когда в этой войне появился ребёнок, я поняла: границ больше нет. Я спустилась в подвал и увидела клетку. А когда узнала, что ребёнка убили, во мне сломалось то, что я называла собой. Каждый мой шаг - выбор между выживанием и предательством самой себя. Каждый день рядом с Валерио - проверка, сколько во мне осталось человечности. Здесь не спасают и не прощают. Здесь либо принимаешь правила, либо становишься расходным материалом. Я всё ещё рядом с ним. Я всё ещё часть его власти. Я всё ещё хочу его. И я всё ещё думаю, можно ли остановить монстра, не превратившись в него самой.