Вчерашние друзья смотрят на Диляру как на прокажённую. Учителя ставят клеймо воровки. Родители готовы задушить голыми руками, лишь бы не портила репутацию семьи. И только Турбо, которого Диляра презирает, протягивает ей обе руки, когда она не нуждается ни в одной. Он твердит ей: "Кругом враги", и она ждёт удара с улицы, забывая о том, с кем делит одно дыхание на двоих.

Москва осталась где-то там, в восемьдесят восьмом, в той жизни, где я была кем-то. Здесь я просто «московская». Та, за спиной которой шепчутся в школе. Та, чей брат вступил в уличную группировку. Та, для которой один из Казанских вечеров мог стать роковым. А он сказал: «Если что - называй моё имя». И теперь все думают, что я с ним. С Турбо. С тем, чьих глаз я боялась больше всего на свете. Только вот теперь я боюсь не его. Я боюсь, что однажды мои слезы перестанут быть для него чужими.