MS-15

Вокруг стрельба, мы под перекрестным огнем, а я смотрю на него, смотрю неотрывно, за губами пересохшими слежу, по ним же слова разобрать пытаюсь, но не выходит ничего. На груди лежит, прижимается так доверчиво и словно ничего не видит, кроме моих расширенных от ужаса глаз. Улыбаться пытается, а меня в куски, в мясо, меня собственный пульс учащенный глушит больше, чем автоматная очередь в кабинете.