«16 февраля. мы много шутили. мы же опытные. в нас стреляли в 2014, а мы вылезли из подвалов в 2018 и пошли все-таки жить эту жизнь, как будто внутри ничего не сломалось. повторяли безутешно: «ничего не случилось, и вовсе не больно». проглотили слёзы и даже если немного все-таки тронулись умом, то совсем не критично в условиях такой жизни.
24 февраля. мы шутим, как кстати у меня «солдатская стрижка». но за волосами не поскучаешь, когда душ принять раз на раз не приходится.
27 февраля. мы трое взрослых детей. вчера мы успели рассориться настолько мерзко, что резали словами так глубоко, как только бывает перед угрозой смерти.
1 марта. мы не мирились. но мы заставляли друг друга поесть. хотя нас тошнило от летящих в столицу российских ракет»
я не хотела ничего публиковать. мой актив давно умер. но, к сожалению, мои знакомые из рф все ещё не верят в происходящее, отрицают любые доводы и не верят реакции мировой общественности.
(я знаю, что там есть много небезразличных и адекватных людей, но пока я вижу только как большинство моих «друзей» наносят мне только ещё больше ран, чем поддержки)
моя война длится не 5 дней, а 8 лет. эта тема звучала в моих текстах «аполитично» настолько насколько это возможно. тогда в 2020 я хотела привлечь внимание людей к проблеме, а не призывы к политическим разногласиям. но теперь все изменилось.
вся моя жизнь, которая у меня была до 24 февраля 2022 года, была возможна только благодаря тому что мой город остался под контролем украины.
и сейчас снова по вине россии у меня отобрали все. мне больно. нас убивают. во многих городах развернулся настоящий ад.
пгт, в котором я выросла, на грани гуманитарной катастрофы. российская авиация разрушила и продолжает уничтожать жилые дома. гибнут мирные люди. мой дедушка был ранен.
сегодня в киеве две ракеты прилетели в телевышку, которую видно из моего окна. мы находились в квартире. есть погибшие и раненые.
