Дикарь

Глава 36

Жизнь Кая никогда не была упорядоченной. С самого его рождения творилась сплошная чертовщина: с Республикой, с родителями, со старшим братом, убеждающим всех в своей суперсиле попытками спрыгнуть со второго этажа прямиком на уличные качели. Обычно это убеждало только в нечеловеческой стойкости материнских нервов и безграничности отцовского терпения.

Жизнь Кая смешивала в себе слишком много того, что в нормальных реальностях раскладывалось по разным коробочкам и существовало на разных полочках. И чаще, особенно когда неожиданно удавалось спасти от верной смерти будущий объект воздыхания, Кай был этому рад.

Но иногда ему чертовски сильно хотелось, чтобы хоть какая-то часть его жизненного беспорядка дисциплинировалась по времени.

Кай просил о малом, что бы хоть что-то случалось вовремя. Но судьба, вселенная, карма, высшие силы или легендарное семейное везение оставались удивительно глухи к его желаниям.

— Что у тебя, черт возьми, творится?! — встревоженно воскликнул Дин вместо обычного приветствия, принятого в телефонном этикете.

Дикарь отодвинул смартфон от уха. Случилось слишком много всего, но слишком мало из этого безопасно озвучивать. Он тяжело выдохнул, оглядел ожидающие его внимания продукты на кухне. Даже относительно полезный диалог со старым другом происходил не вовремя: девочки были голодны.

— Ты вернулся из Европы?

— Да, черт возьми, что произошло? Что с Иной? — Дин оказался не на шутку напуган, раз использовал имя Белой, а не презрительное «эта». — У меня сотня пропущенных от тебя.

Переведя звонок на громкую связь, дикарь занялся готовкой, оставив телефон на кухонном островке.

— Ине стало плохо. Я искал, как решить проблему, и вроде все решил.

Длинные мужские пальцы принялись неторопливо нарезать овощи. Это успокаивало дикаря больше, чем бег по осеннему лесу или грязная драка после сомнительной вечеринки. Но меньше, чем нежные прикосновения Джун к его волосам перед сном.

— Что с ней?! Ты можешь нормально рассказать? — на заднем фоне послышались шорох и мужские голоса. Хлопнули двери. — Я с отцом, тут сразу два человека, которые надерут тебе задницу за такие ответы.

— Роберт в Республике? — нахмурился Кай.

Он любил отца Дина как родного дядю и чувствовал бесконечную благодарность к нему. Роберт слепил из избалованного мальчишки мужчину, что было крайне сложно сделать со знаменитым упрямством Леманнов и сбитым моральным компасом юного сироты.