Глава 2. О пользе животных.

4.5K 76 4
                                    

Их не нашли бы до утра. Но Рик должен был быть благодарен за свое спасение одному из шпионов Альтреса Лорта. Принц не заметил, что за ними наблюдают. И тем более не заметил, как наблюдатель ушел. Чтобы через час докладывать графу:
- на них рысь кинулась.
- Рысь?!
- видимо ее, пока охотились, спугнули и подранили. А эти двое оказались у нее на пути...
- Живы?
- Живы. Но принца она подрала неплохо.
- Твою ж...
Альтрес едва не выругался. Но вовремя взял себя в руки.
- Если его ночь оставить - нормально?
- У него при себе ничего, кроме ножа. А раны нехорошие...
Альтрес кивнул. И подозвав к себе еще одну группу охотников - отдал приказания.
Ночи наедине не выйдет. Жаль.
С другой стороны - если бы не Мальдонаина кошка...
Ей-ей, воистину, шильды и кошки - ее верные служанки.
Но уморить принца соседнего государства - это похуже всякой кошки выйдет.
Ничего. Это только один из планов.
Переиграем.
***
К вечеру, когда их 'нашли', Рик уже ощущал себя откровенно паршиво.
Большая кровопотеря, холодная вода, которой промывались раны, да и рысь явно когтей не чистила. Так что принц был больше похож на пострадавшего, чем Анелия, которая радостно ушла в глубокий обморок.
Рику предложили лошадь, он кое-как взгромоздился в седло и пустил животное медленным шагом. Хорошо бы быстрее, но сил едва хватало, чтобы держаться в седле.
На принцессу он даже не взглянул лишний раз. Уж как-нибудь довезут, а не в канаву выбросят.
***
Гардвейг смотрел на Рика сочувствующе. Принц вслух не жаловался, но его величество распорядился позвать докторуса - и вызвать карету. Мол, нечего раны на лошадях трясти.
Примчался откуда-то Джес - и помог другу держаться. Подхватил под руку, принимая на себя часть веса.
- Рик... я - дурак. Не надо было тебя оставлять!
Рик тоже так думал, но не соглашаться же при всем народе?
- все обошлось. Я жив, ее высочество жива...
Альтрес Лорт в ответ на грозный взгляд Гардвейга, опустил глаза. Ну да.
Все живы.
Но обвинить раненного принца в покушении на честь ее высочества... после такого все оставшиеся в лесу рыси со смеха с деревьев попадают. Идею придется временно придержать.
С другой стороны... Анелия теперь может дневать и ночевать у постели раненного героя, изображая пылкую любовь. Ну, это мы проработаем...
- И я благодарен вам, принц. Если бы не вы... ладно. Хвалить вас будем потом. А сейчас - к коновалам!
В одном из шатров, отведенном для докторусов, Рик тяжело опустился прямо на ковер - и вытянулся во весь рост. Раны болели нещадно. Рядом захлопотал докторус.
Джес даже и не подумал выйти, наоборот. Помог кузену раздеться, срезал старые повязки, поил обезболивающим, держал его, когда докторус прочищал рану...
Впрочем, Рик смотрел на кузена без особого расположения. Охотничек, твою ж...
Принц отлично понимал, что рысь его просто спасла.
Если бы не хищная кошка - даже пусть их находят вместе, все равно вопрос ставился бы по-другому. А что это вы делали вместе в лесу? Твой конь есть, докажи потом, что все не так...
А сейчас...
Мысли плыли вяло под действием лекарства.
Двое заблудившихся, оба не в форме, Анелия все растрепана, да. Но видно же, что не Рик тому виной. Крови на ней практически нет, он сам однозначно не в форме... с ранами не больно-то покусишься на женскую честь.
Скорее история будет звучать так.
На принца и принцессу напала рысь - и он благородно защитил даму.
Это повод для восхищения. Но не для женитьбы.
И все же...
Рик подумал, что надо уезжать отсюда.
Женщины любят своих спасителей, Анелия не будет являться исключением. А он еще Лидию не видел...
Это было последней связной мыслью. Потом Рик провалился-таки в глубокий сон, больше похожий на обморок.
***
Барон Донтер был мрачен и задумчив.
От своих шпионов он узнал о всех результатах визита королевского представителя. И теперь мужчину поедом ела злая зависть.
Это ж надо!
Янтарь!
Стекло!
А теперь еще и два корабля...
Мысли барона постепенно оформлялись в конкретное 'Зачем им столько денег, когда у меня их меньше?'. Или - еще проще. Отнять и поделить.
Как?
А вот это надо серьезно обдумать.
Поместье Иртон ранее особого интереса не представляло. Ну хватал он оттуда крестьян для своих дел с работорговцами, так это пустяки. Кого волнуют те смерды?
Даже если на него покажут, все равно будет слово против слова. А благородного не посмеют тронуть на основании слов всякого быдла.
А вот сейчас...
Надо только обстряпать это дело по-тихому. Все-таки Иртон - свойственники короля, а Эдоард таких шуток не понимает. И умирать если что Клив будет долго и болезненно.
Поэтому налет на замок должен быть стремительным и молниеносным. Один удар - и все.
***
Лиля отдыхала после бешеной гонки пред отъездом. И искренне надеялась, что покушений больше не будет. И так дел по горло.
В стекольной мастерской они с ребятами пытались получить стекло лучше качеством. Но... получалось плохо.
Да, по сравнению с местными кривыми образцами - результат был очень неплохой. Но Лиля помнила стеклянные изделия родного мира - и придирчиво морщила нос.
Не то!
Не так!
Можно лучше!
Вот со швеями таких проблем не возникло. И девушки под ее чутким руководством воплощали в жизнь Идею.
Именно так. С большой буквы.
Если весной придется тащиться ко двору - Лиля должна выглядеть на все сто! И не килограмм, а процентов.
Кстати, килограммы постепенно уходили в историю. И подбородков уже было только два, и фигура уже не была безобразно жирной, скорее это была фигура нормальной русской женщины - которая и коня, и избу, если ей надо...
Пышная грудь, широкие бедра... да Рембрандт не худее рисовал... или это был Рубенс?
В живописи Лиля откровенно не разбиралась. И помнила только складки на талии какой-то античной красавицы. Ну и ладно! Здесь еще гей-кутюрье с их 'идеальной палкой' нету. И - даст Альдонай - и не будет.
А вот что будет...
Девушки по ее указаниям вывязывали ей кружевное верхнее платье.
Нижнее Лиля планировала сделать из белого шелка, который заказала барону Авермалю в письме. Верхнее же... этакая зеленая летящая сеть... она может быть и на пару размеров больше. Лиля на этот раз не стала плести цельное платье и предложила нечто вроде халата. Летящие кружевные рукава, длинный хвост сзади, застежка спереди под грудью - даже если она еще похудеет, а это точно случится, все равно платье будет смотреться. Перешить нижний чехол - дело минуты-двух.
Застежку Хельке брался исполнить из янтаря. А Лиля из химии помнила, что если янтарь прокалить в песке или проварить в масле или меде - можно поменять его цвет. Пока заняться этим не получалось, но хотелось бы зеленый оттенок. Можно бы еще и прессованный янтарь попробовать получить? Но тут уж как масть пойдет. Великим химиком себя женщина не считала. Да, при поступлении в ВУЗ - ее гоняли вдоль и поперек. Да, первый и часть второго курса она тоже знала химию на отлично. Но потом это уже не требовалось. Заместилось на более интересную медицину.
Спасибо хоть что-то про сукцинаты вспоминалось.
Ничего.
Мы - существа упорные. Пять камней испортим - на шестом пробьемся!
Жаль, что при варке камень становится более хрупким, так по нему и не молотком бить будут!
К этому времени Лиля уже оборудовала себе отдельную лабораторию. Поставила в специальной комнатушке широкие (двуспальные) столы, навыдувала себе кучу колб и пробирок (ну, уж какие получились, до ГОСТА тут не доросли), перетащила сюда самогонный аппарат и вполне серьезно баловалась изготовлением спирта.
Ладно.
Не баловалась.
Пить его Лиля не собиралась, но подлить нежелательным гостям? Запросто! А ведь есть еще и дезинфекция. Лазарет в замке Лиля устроила на совесть. Тахирджиан только ахал. К Лиле, кстати, после той драки с контрабандистами, он относился с нежностью и восхищением. Ходил хвостом и старался чему-нибудь научиться.
И Лиля учила.
Тахира, Джейми, Миранду, Ингрид, когда та присоединялась к ним - зима была на носу и требовалось заготовить по максимуму рыбы в последние дни. Так что и Ингрид, и Лейф дневали и ночевали в коптильне. Солеварня работала на полную мощность. Но Лиля уже не боялась голода зимой.
До весны они должны дожить. Даже когда реку скует льдом.
Интересно, а изобретены здесь лыжи?
А коньки?
Хотя для последних нужна сталь? Или сойдет что-то вроде той, из которой мечи куют?
А санки?
Снеговики?
Кстати - валенки? Дубленки? Ушанки? Шубки-автоледи? С местной модой это вполне реально - и попу не отморозишь, с таким-то слоем юбок!
Идей было много. Но Лиля собирала себя в кучку грандиозным усилием воли.
Сапоги есть? Плащ?
Хватит!
Ко двору ей ехать весной, так что произвести впечатление зимними обновками не удастся. Сосредоточимся на важном.
В дверь постучали. И Лиля улыбнулась шевалье Авельсу.
- Лэйр Лонс, проходите. Время занятия?
- Да, госпожа графиня.
- Что же у нас сегодня?
- Сегодня - танцы, госпожа графиня. Все уже ждут вас в малом бальном зале...
Лиля вздохнула.
Все - полтора десятка детей.
Танцевать в детском саду - то еще удовольствие. Но - надо.
И... дети бывают удивительно забавны, когда подражают взрослым.
***
Анелия собиралась ложиться спать, когда дверь приоткрылась.
Королевский шут скользнул внутрь так тихо, словно шел по воздуху. Женщина в ужасе замерла.
Альтрес Лорт поднял руку.
- Сиди спокойно. И слушай. Ты сделала все правильно. В сегодняшнем провале твоей вины нет.
Анелия облегченно перевела дух.
- Однако... принц ранен.
- Д-да...
- И ты должна за ним ухаживать.
- Я?
- он спас тебя от хищной кошки, закрыл собой,... ты просто обязана проводить у него несколько часов. Ты поняла?
Анелия закивала.
- я буду... обязательно...
- А если не будешь - я буду очень рассержен.
Девушка побледнела.
- Н-нет... я буд-ду...
- Завтра и начнешь. И не вздумай кривиться или нос морщить. Узнаю - пожалеешь.
Анелия закивала.
- Завтра, после утренней молитвы, идешь к Ричарду, осведомляешься о здоровье и напрашиваешься за ним ухаживать. Поняла?
Кивание продолжилось.
Альтрес посмотрел на нее тоскливым взглядом, развернулся и вышел.
Анелия несколько минут сидела неподвижно. А потом подхватила одеяло с кровати и плотно закуталась в него.
Девушку пробирала дрожь. Но согреться ей так и не удалось.
Страх - его одеялом не выгонишь...
***
Джес сидел у постели кузена.
Рик был бледен, его колотило, несмотря на несколько одеял, но глаза были холодными и ясными.
- Джес, мне эта кошка жизнь спасла...
- глядя на твои царапины...
- Если бы не она - мне точно пришлось бы делать предложение Анелии.
- А ты не хочешь? Она не уродина, вроде не совсем дура, да и Гардвейг, кажется, не против.
- Не хочу. Если есть выбор - надо посмотреть на все варианты.
- Тут ты прав.
- Анелия - не худший выбор. Но раз уж отец мне его предоставил - обидно было бы упустить его из-за невезения,,... значит так, с этого момента - ты от меня ни на шаг. Договорились?
- Обещаю.
Рик кивнул. Главное - не оставаться с принцессой наедине. То есть - кто-то должен быть рядом. Ночью и днем. Ладно, ночью еще можно засовом обойтись. Но днем...
Не хотелось бы попасться на самую древнюю в мире уловку.
- что хочешь ври, но надолго от меня не отходи.
- и надолго? До весны мы не продержимся, а уехать раньше...
- постараемся. И своей кукле скажи... она не совсем дура?
- Да нет... Адель, конечно, поскулить любит, но она не дура.
- Вот и ей прикажи. Кого еще можем попросить?
- Кого там дядя приставил? Лейхарта?
- Он стар. Ему уже к пятидесяти.
- Но на пару часов и он сможет тебя занять...
- рассказом последних сплетен. Дело хорошее. И Райнелла.
- Райнелл меня раздражает своим Альдонаем. Он по-моему уже и бога достал!
- Ничего. Потерплю. И ты потерпишь, если надо.
Джес сморщил нос, но спорить не стал.
- ладно, как скажешь. Завтра я с ними поговорю. И будем тебя занимать все свободное время.
- Не хочу опять остаться с Анелией наедине. Второй раз может и не повезти.
- Подозреваю, что по дворцу рыси не бегают... Вина хочешь? Горячего, с пряностями?
- Давай. Что-то меня знобит...
- Как бы ты не свалился, - озабоченно заметил Джес, протягивая кузену кубок.
- Да уж постараюсь.
Рик задумчиво сделал несколько глотков.
- Анелия - не самая худшая девушка на свете. Но Лидию мне тоже увидеть хочется.
***
Рик свалился с лихорадкой на следующий же день.
И - всерьез.
Когда Джес, проснувшись утром (а спал он в комнате кузена), пожелал разбудить друга - он только ахнул.
У Рика явно был жар, а царапины воспалились.
Джес ахнул - и помчался за докторусами.
Гардвейг еще не встал, но дворецкого Рик нашел практически сразу. И тот моментально послал за лекарями.
Не прошло и часа, как постель принца была окружена шестью важными мужчинами в возрасте от сорока до шестидесяти лет. Все смотрели раны, мочу, кровь на бинтах, выделения из носа и ушей принца и глубокомысленно обсуждали происходящее, как водится, стараясь опустить коллегу ниже половицы.
Рик лежал молча. Ему и без того было тошно.
После двух часов ругани и склок докторусы все-таки выбрали для принца диагноз и огласили его озверевающему Джерисону.
По утверждениям лекарей - в рану попал дурной воздух. И испортил принцу кровь.
Лечение было только одно - сцедить дурную кровь,  чтобы по жилам циркулировала только здоровая. А также дать промывательное. Вот в его составе были расхождения.
Но нож и тазик для сцеживания уже приготовили.
Ричард под их спор задремал,  но проснулся,  когда стало тихо.
- Джес?
- я тут...
- Что со мной?
- Лекари решили,  что тебе надо сцедить дурную кровь...
- гони их к Мальдонае.
- что?!
Джес на миг опешил. И Рик неожиданно жестко пояснил.
- Гони их отсюда. И чтобы ни один из этих уродов ко мне и близко не подошел...
- Но Рик... ты же болен!
- Джессимин тоже была больна. И умерла после кровопускания. Выгони их!
- Рик,  ты уверен...?
Но серые глаза были жесткими и спокойными. Бреда у Рика не было.
- Если и сдохну - то без их забот. Джес,  прошу тебя...
Джес вздохнул.
- Надеюсь, ты знаешь,  чего хочешь.
- Если что - я тебе даже завещание напишу.
Джес вполголоса выругал кузена и обернулся к докторам.
- Так,  господа. Пошли вон.
- вы не понимаете... - самый старый сделал попытку сопротивляться. - Тело принца отравлено дурными соками и вредной кровью. Если сейчас их не слить и не вычистить - начнется общее гниение. Его высочество погибнет - и это будет на вашей совести...
Острый клинок блеснул серым в утреннем свете. И такой же сталью блеснули глаза Джерисона.
- Вы сами уйдете?
Докторусы ушли сами.
А через  полчаса Джерисона вызвал Гардвейг.
Джес оставил кузена на попечение Адели,  которая поклялась не отходить ни на шаг, кто бы ей не приказывал и одного из доверенных людей - и отправился на аудиенцию.
Гардвейг выглядел не лучшим образом. Усталый,  оплывший...
- Доброе утро, граф...
- Ваше величество, я искренне уповаю на то,  что это утро радует вас,  как вы своим правлением радуете народ Уэльстера, - Джес рассыпался в комплиментах. И это оказалось правильной тактикой. Гардвейг чуть смягчился...
- Что с вашим сюзереном?
- Ричард болен,  ваше величество. Докторусы сказали,  что он болеет от испорченной крови...
- Так пусть ее сцедят...
- Ричард отказался,  ваше величество.
- Почему же? - В голосе Гардвейга послышались опасные нотки. - Он не доверяет искусству наших докторусов?
Джес глубоко поклонился. Вот это уже было опасно. И мужчина поспешил заверить короля,  что докторусы Уэльстера ценятся на вес золота,.  Что Ричард,  конечно же,  доверяет... просто... он видел как от кровопускания умерла ее величество Джессимин... разумеется,  если ему станет хуже - Джерисон сам настоит на кровопускании, а пока возьмет у врачей прочистительное и вообще будет дневать и ночевать у постели принца...
Гардвейг благосклонно кивнул.
- Моя дочь вчера весь вечер восхищалась мужеством его высочества. Он защитил ее от хищной кошки. Рисковал жизнью... полагаю,  принцесса захочет помочь вам...
Джес заверил, что принцессе всегда будут рады, отсыпал еще гроздь любезностей и был благосклонно отпущен королем.
***
Анелия уже была у постели раненного героя. Впрочем,  оставлять ее наедине с Риком,  который,  кажется,  спал, никто не собирался. Вот еще не хватало.
Кажется,  девушка была этим недовольна,  но вслух ничего не говорила. Что и требовалось.
Джес раскланялся с принцессой,  осыпал ее комплиментами - и спустя два часа таки выставил из комнаты.
Выгнал и всех остальных, повинуясь едва заметному жесту Рика.
Показал принцу прочистительное,  доставленное лакеем. И безропотно согласился вылить его в нужник.
Потом напоил Рика горячим бульоном - и улегся рядом с кроватью на специально принесенный тюфяк.
Граф Иртон был настроен весьма решительно.
Свернуть его отсюда мог бы только топор палача. И то не факт.
Принца Джес любил. Как младшего брата.
Они вместе росли, вместе играли, вместе дружили против Амалии и Эдмона, который почему-то на дух Джеса не переносил, вообще дети проводили вместе много времени, ибо Джайс Иртон часто был в разъездах и добрая королева Джессимин разрешала оставить его детей вместе со своими.
Поэтому сейчас Джес корил себя за глупость.
Далась ему та охота! Дома не нагонялся?
Но хотелось развеяться. Ей-ей... Уэльстер просто давил.
Давило все.
Снисходительная благожелательность Гардвейга, насмешки его шута, вздохи и взгляды принцесс, любезность придворных... ей-ей, Джес чувствовал себя как муха за минуту до съедения пауком.
Вот и захотел сбросить груз с плеч!
Вот и развеялся!
Болван!
Рик, ты только выживи, я всех своих гончих продам! Только выздоровей...
***
Машу вать!!!
Ничего другого у Лили не пришло на ум.
- Ваше сиятельство, там серьезная заварушка, один из вирман подрался с конюхом...
Служанка хлопала честными глазами деревянной куклы. Рассудка в них было примерно столько же.
- Из-за чего?
- Не знаю.
- А что при этом кричали?
- Вас, ублюдков... ой, простите, ваше сиятельство!
- Ничего, продолжай, Илона.
- Конюх кричал, что вирман в море топить надо. А вирманин орал, что конюх - быдло деревенское... Хотелось ругаться. Очень. Но на ум Лиле пришло и другое.
Это - конфликт. И ожидаемый. Помнится, она сама беспокоилась, как вирмане сживутся с местными. Допрогнозировалась.
- Кто у нас там? Лейс? Эрик?
- оба, ваше сиятельство.
- Тогда и я схожу, послушаю...
Лиля успела как раз к началу разборок. Видимо, служанка побежала за ней сразу, как только мужчины сцепились. Сейчас их разняли, на каждого вылили по ведру холодной воды - и драчуны висели в руках товарищей, яростно сверкая глазами.
Рык Эрика был слышен за версту. Лейс тоже не отставал. Мужчины вдвоем распекали подчиненных (если Лейс капитан замка, то конюхи краем тоже попадают в его поле деятельности).
- Здесь жить... не поделили... недоумок... - доносилось от Эрика. Временами это разбавлялось более сочными выражениями.
- прибьют, как щенка... остолоп... не поделили, - доносилось от Лейса.
Лиля сморщила нос. Мужчин она отвлекать не стала, а вместо этого поманила пальчиком сестру Хельке. Лория тихо и быстро изложила причины.
Оказалось, конюх немного выпил. И стал трепать языком понапрасну. Мол, вирмане, да наши не хуже, а вирман вообще топить надо, или на реях вешать, как пиратов... За что и получил в торец от проходящего мимо вирманина по имени Эльг.
Ну и пошло.
Лиля задумалась. Плохой случай.
Весьма и весьма.
Слово, другое.... Что такое межнациональные розни - она представляла. Идиотов и в России хватало.
А вот во что это может вылиться...
Тем временем, ее заметил Лейс - и поклонился. Эрик отвлекся от распекания подчиненного и тоже подошел.
- Ваше сиятельство..., - поклон, странный взгляд голубых глаз... странный или страстный?
Неважно!
Не думай сейчас об этом!
Лиля посмотрела на мужчин.
- Что делать будем?
- Выпороть обоих, - буркнул Эрик. Лейс подумал и кивнул.
Лиля покачала головой.
- Выпороть несложно. А вы выяснили, из-за чего ссора началась?
Мужчины переглянулись. Кажется, им пока и самого факта драки хватило. Причину пока не выяснили. Лиля только вздохнула. А потом вкратце объяснила, что межнациональные конфликты - дело плохое в принципе. А потому надо как-то...
Все трое задумались.
- Эрик, ну как у вас команду сплачивают...
- в бою...
Не подходит.
- или работой...
Двое мужчин и женщина переглянулись.
Порка отменилась. Провинившихся назначили на уборку конюшни на неделю. Вдвоем. Правда, под незаметным присмотром. И предупредили, что за первую же драку оба будут выпороты на той же конюшне. Так что хорошая уборка - в их интересах.
Драчуны поняли.
Первый день прошел в атмосфере гордого отчуждения.
На второй адекватность вернулась. И мужчины начали кое-как общаться. А к концу недели совместно напились и чуть ли не побратались.
Лиля вздохнула с облегчением.
Пока рифы удалось обойти. Пока... а что потом?
***
- Шевалье Тримейн, рад вас видеть...
- Барон Авермаль, мое почтение...
Мужчины раскланялись, и Ганц перешел к делу.
- Достопочтенный, я только что из Иртона.
- О! Как там графиня? Очаровательная женщина, не правда ли?
- Она просила вам кое-что передать - я попросил матросов доставить сюда ящики.
Вирман Торий не любил. Но ради дела мог и потерпеть. Впрочем, при королевском доверенном он открывать ничего не стал.
- И это все?
- Это - то, что она просила. А теперь... мне нужна ваша тюрьма. А потом и большой корабль. У меня с собой убийца, работорговцы и отряд наемников.
Торий захлопал глазами.
- От...куда?
- Из Иртона. Убийца покушался на графиню, потом туда пожаловали работорговцы, а под конец - еще и наемники. Опять-таки по душу графини.
- Кошмар какой! Кто осмелился?!
- Есть отдельные существа, - уклончиво ответил Ганц. - Пока еще есть...
Мужчины повозмущались количеством разбойников и негодяев, Торий дал согласие на использование тюрьмы - и пообещал как можно скорее снарядить корабль для путешествия в столицу.
Ганц отправился отдыхать. А Торий занялся письмом.
Сначала - письмом.
Лилиан Иртон,  как всегда,  была вежлива. И до ужаса кратка.
В письме сообщалось,  что это новый вид товара,  так что если уважаемый барон сочтет его выгодным, то поставки можно будет и увеличить...
И прилагался список материалов,  необходимых для дальнейшей работы. Его Торий решил просмотреть потом.
Торий с сомнением посмотрел на сундучок. Не слишком большой. Ну что там можно уместить. Но таки открыл.
И - ахнул.
Сверху лежало розовое облако...
Даже не так.
Чудо цвета зари...
Он не знал,  что Лиля распустила на нитки имеющийся у нее розовый шелк. А девушки-швеи под ее чутким руководством связали ЭТО.
Точнее - несколько кружевных мантилий. Здесь же были гребни - и пояснения как это носить.
Торий покачал головой.
И позвал супругу.
О чем быстро пожалел,  потому что баронесса,  мгновенно поняв,  как это носится - воткнула в волосы гребень,  накинула на него мантилью - и отказалась расставаться с этим чудом.
Торий взвыл,  но тут же понял, что часть прибыли ему обойдется дешевле,  чем война в родном доме.
А еще в сундучке было несколько видов кружевных же воротников.
Торий расправил один. Прикинул его к себе.
Это - будет пользоваться успехом. Да еще каким!
Узкое кружево плести умели. Да.
Но широкое,  да еще украшенное бусинами,  которые каким-то чудом были вплетены в узор...
С руками оторвут!
Надо написать графине. И послать еще ниток для этого чуда.
А что в свертках?
После разворачивания свертка Торий лишился еще кусочка прибыли.
Потому что с зеркальцем супруга тоже расставаться отказалась.
В приложенном письме было сказано,  что зеркала достаточно хрупки. Но если с ними обращаться осторожно - они прослужат не одно десятилетие.
Торий только головой покачал.
Зеркало... из стекла?
Да какое! Никогда он себя так четко не видел... лучше,  чем в чистой воде или полированной стали. Намного лучше!
Нет,  одно зеркальце он точно оставит себе. В счет прибыли.
А что есть еще в сундучке?
***В сундучке оказались несколько десятков чернильниц - из цветного стекла. Запас перьев.
И три простеньких шкатулки.
Торий открыл одну - и ахнул.
Несколько брошей из янтаря.
Морской мед золотился в солнечном свете, играя переливами и искрами.
Отдельно лежала только одна брошь. Тоже янтарь. Но - красный. Безумно редкий. Простенькая оправа только подчеркивала роскошь камня.
Торий скользнул пальцами по гладкой поверхности.
Достал брошь. Посмотрел на сложную застежку.
Перевел взгляд на жену.
- Нет, любимая. Это слишком дорого.
- Но Торий!
- можешь надеть брошь один раз. На ближайшую службу.
- Торий!!!
- Выбирай. Я и так не расплачусь за все твои капризы.
Женщина всхлипнула и вылетела за дверь.
Торий коснулся полированных камней.
Красиво. Очень красиво. Лилиан Иртон открывалась с новых сторон. Торий ни минуты не жалел о сотрудничестве с ней.
Лучше одна умная женщина, чем десять дураков...
***
Анелия Уэльстерская со злостью посмотрела на Адель.
Когда ж эта коровища отсюда уберется?!
Принцессу не оставляли одну с Риком ни на минутку! Ни на секунду!
Рядом обязательно кто-то да был. Либо Джерисон Иртон, либо другие придворные, либо вот эта... гадючка!
Злость Анелии была понятна. Они с Аделью относились примерно к одному типу женщин. Обе темноволосые, со смуглой кожей, яркими глазами и пышной грудью. Нельзя сказать, что Анелия проигрывала на фоне Адели, но она сильно подозревала, что принц в горячке мог просто их перепутать.
Да и роль сестры милосердия удавалась плохо. Когда ни тебе напоить из кубка, прижавшись грудью, ни тебе пот платочком надушенным постирать с высокого лба, ни тебе посидеть рядышком... нет, последнее как раз удавалось. На расстоянии двух метров.
Ближе ее просто не подпускали, мол, невместно принцессе, да и его высочество не совсем в пристойном виде, еще повернется, не дай Альдонай чего увидите... и выносить за ним надо, и обтирать его... Адель уже вдова, а вы же невинная девушка... нет-с, никак нельзя.
Анелия бесилась, шипела кошкой. Ругалась... но исключительно у себя в комнате.
На людях она была само очарование и нежность. И легкая трепетная грусть.
Но внутри... о, она вся кипела и бесилась.
Убила бы!
Только вот ничего это не решит. Всю свиту не перетравишь. А оставлять ее одну с принцем явно никто не намеревался. И делали хорошую мину при плохой игре. Все понятно, но поди, докажи!
При таком подходе у нее нет никаких шансов очаровать Рика.
Да и...
Врать себе самой Анелия не умела. Женщина всегда, на подсознательном уровне чувствует, как к ней относится мужчина. Нюхом, духом, шестым чувством - неважно! Но Рику она была безразлична. Что бы она ни делала - она была безразлична ему еще до ранения.
Как ни крути... может быть?
Анелия поежилась. Но...
Она поговорит с Альтресом Лортом.
Ей надо сходить к старой ведьме. И для этого даже есть причина. У нее почти закончилось то, первое зелье. Он поймет.
А ей нужно и кое-что еще...
***
*** Ваше величество, с прискорбием должен сообщить, что с его высочеством на охоте произошел несчастный случай.
Все более-менее обошлось. Ричард жив и по уверениям врачей, его жизнь находится вне опасности.
Но выздоравливать ему еще предстоит. Так что мы вынуждены задержаться в Уэльстере на зиму.
Ричард поступил как герой.
Когда во время охоты лошадь принцессы понесла, он бросился за ней и оказал всю возможную помощь ее высочеству.
К сожалению, свита не успела за Ричардом. А охотники спугнули рысь, которая напала на принцессу.
Ричард защитил ее, но сам был ранен.
Раны уже заживают.
Гардвейг высоко оценил благородство его высочества и предоставил все возможное.
Принцесса также днюет и ночует у постели раненного героя...
Джес обмакнул перо в чернильницу, стряхнул каплю - и решительно вывел дальше.
Ваше величество, это во многом моя вина.
Я не должен был оставлять Рика одного. Не должен был гоняться за оленями.
Я приму любое наказание, которое вы мне назначите.
Не оправдываю себя и не прошу снисхождения. Если бы Рик умер, мне осталось бы только броситься на свой меч.
Остаюсь искренне преданный вам, Джерисон, граф Иртон.
А теперь посыпать песком, дождаться, пока высохнет, запечатать и отправить.
Глава посольства, герцог Фалион, наверняка напишет что-то свое. Уже написал. И Джес не собирался с ним ругаться. Что-что, а трепку он заслужил. Дома ему не хватает... оленей! Сам себя повел, как последняя свинья, нет бы подумать и ни на шаг от друга не отходить...
Вообще, он терпеть не мог Фалиона.
Старый заносчивый мерзавец, иначе и не скажешь. И почему Эдоард назначил его формальным главой посольства?
Хотя... тут был вопрос политики. Земли Фалиона находились как раз на границе с Уэльстером, так что герцог осознавал - по нему первому ударит любая ссора. И надо быть вдвойне, втройне осторожным.
Ну и... старинная семья, почтенный возраст... да и не дурак.
Мерзавец, но не дурак.
Джес невольно поморщился.
М-да, если бы все дело было за Фалионом, он бы Адель в посольство не пристроил. А так...
Попросил Рика, тот поговорил с дядей - и Эдоард махнул рукой. Мол, ладно.
Гуляй, пока молодой...
Что Рик, что Джес Фалион терпеть не могли. Старикан обожал длиннющие нотации о поведении молодежи, из-за него уже несколько раз срывались попойки... ну да ладно. Кто-то должен выслушивать кучу протокольной нудятины. Почему бы и не старик?
Его не жалко...
***
Фалион полностью оправдал свое прозвище 'Вяленая Щука'.
Когда Джес принес ему запечатанное письмо, мужчина посмотрел с издевкой.
- Что, каетесь?
И попал не в бровь, а в глаз.
- Ваше дело отправить, а не мораль мне читать, - огрызнулся Джес. Но куда там.
- а вот мы в вашем возрасте были ответственные, да-с...
- мне к Рику надо, - взвыл Джес, но Фалион вцепился не хуже своей водоплавающей тезки.
- Сидите и слушайте, любезнейший. Ваш отец в вашем возрасте был намного умнее и воспитаннее...
Спустя два часа Джес-таки вырвался красный и мокрый, как мышь.
Фалион просто всю душу вынимал своими нотациями. Даже странно, как у старика могли вырасти нормальные сыновья?
С младшим-то Фалионом Джес иногда встречался. То есть старшим. Наследником.
Нормальный парень, и выпить не дурак, и по бабам... ну и в голове кое-чего есть....
Даже странно.
***
Джес не знал, что герцог проводил его насмешливой улыбкой.
Разумеется, Фалиону не доставляло никакого удовольствия читать нотации недорослям. Пусть сами нарываются. Но...
Джерисона старый герцог отлично знал. И сам наблюдал, и сын отчитывался...
Не дурак, нет.
Но импульсивный, горячий, в чем-то еще балбес... Джайс от многого оберегал сына, вот и выросло, что выросло.
Нет, со своими детьми он такой ошибки не совершит.
А Джеса надо приструнить.
Чай, в Уэльстере, не дома. Нечего страну позорить...
Фалион вздохнул - и принялся писать письмо Его Величеству.
Ему, конечно, достанется, но не сильно. Все-таки ему уже не шестнадцать, поди, угонись за этими балбесами на охоте. Эдоард человек справедливый, все поймет.
Итак... Ваше всемилостивейшее величество...
- Шаг вперед, поворот, еще раз поворот...
Лонс проговаривал шаги, но понимал, что это ни к чему.
Лилиан Иртон и без того все запомнила. А дети с удовольствием повторяли за ней.
Казалось бы - зачем вирманским детям танцы? Лонс сначала думал, что это чушь и блажь.
Ан нет! Все занимались с искренним удовольствием. Все объяснила Ингрид, с началом дождей перебравшаяся в замок - и теперь с удовольствием составлявшая компанию графине за каждым ужином. А то и не за ужином.
Лейф пока еще был занят на заготовке рыбы, но и он обещал скоро вернуться.
- Нас часто воспринимают, как варваров. А ведь нанимают - и в лучшие дома. Телохранителями, наемниками... приятно чувствовать себя ниже других? Потому что не знаешь, как поклониться, как подойти, как говорить... этому ведь на Вирме не научат. Да все матери своим детям сейчас долбят, что... как говорит наша графиня, - лукавый взгляд в сторону Лилиан, которая что-то объясняла детям, - лишние знания лишними не бывают. Да, у нас бедный остров. Но это не значит что мы глупые или темные. Я бы и сама с удовольствием поучилась танцевать, языкам... вот Лейф вернется...
Лонс только головой покачал. А ведь действительно. Вирмане далеко не дураки. Просто у них отсутствуют учителя. Как класс. Мастера берут себе учеников, воины обучают детей матери - дочерей, а вот чтобы так, как здесь... этого нету.
- и зря - Ингрид качала головой. - Очень зря. Я бы хотела, чтобы было...
Лонс кивнул. И вдруг подумал, что если ему удастся вырвать Анель из рук отца и им некуда будет податься - надо будет бежать на Вирму. Не пропадут.
Вот уж действительно - лишних знаний не бывает.
- Ай!
Лиля отдернула ногу. - Шевалье Авельс, осторожнее....
Лонс рассыпался в извинениях. Графиня махнула рукой и танец продолжился.
А еще... хотя это пока и было в большом секрете - Лиля обучала танцам его.
Точнее - одному.
- Это - вальс. Когда появился этот танец, он считался неприличным. Но - его обожали все.
- Думаете, он будет иметь успех?
- Не знаю. Но если подвернется случай - почему бы нет. А на такой случай мне нужен партнер. Шевалье Авельс, вы ведь поедете со мной в столицу?
- Разумеется. Хотя и не знаю, где пригодится этот вальс...
Но внутренне Лонс соглашался.
Никогда не знаешь, какие карты сдаст судьба. Лучше уж быть готовым.
Вальс?
Да будет вальс!
***
Заодно и похудеем еще немножко.
*** Альтрес Лорт сидел над письмом.
М-да. Перестарался. Капитально.
Хотел легонько скомпрометировать принца, а вышло... а что вышло, то и вышло.
Теперь надо не оправдываться, а лечить.
И еще... написать письмо Эдоарду. Так чтобы и не солгать - и правды не сказать. Гардвейг и сам бы, но проклятая язва на ноге разболелась так, что мужчина, едва не воя от боли, сделал примочку, напился и кое-как забылся тяжелым сном.
Милия сидела рядом с мужем. А все государственные дела легли на Альтреса.
Так что...
Перо быстро забегало по пергаменту.
Мой венценосный брат.
Должен сообщить, что на королевской охоте Ваш сын и моя дочь слегка оторвались от остальных охотников. И тут же поплатились за свою неосторожность. На них напала вспугнутая рысь.
Благодаря храбрости Вашего сына, моя дочь осталась жива и невредима.
К сожалению, Ричард также слегка пострадал. И сейчас докторусы прописывают ему постельный режим с тем, чтобы он восстановил свои силы.
Спешу сообщить, что прогнозы исключительно благоприятные. И Его высочество должен вскорости поправиться.
Анелия не отходит от него ни на шаг. В ее глазах он настоящий герой.
Я искренне надеюсь, что вы мне поверите.
Случившееся не было умыслом. Всего лишь печальная случайность.
Я пойму, если Вы отзовете посольство, но буду умолять вас не делать этого. Два соседа должны жить дружно. И со своей стороны я готов принять любые ваши действия по обеспечению безопасности Его высочества.
Надеюсь, у вас все благополучно.
Милостью Альдоная, король Уэльстера, Гардвейг.
Альтрес проглядел письмо.
Отлично.
Теперь дать прочитать Гарду - и отправлять.
Будем надеяться, случившееся не сильно повлияет на результат посольства... но если повлияет- Альтрес в жизни себе не простит.
Нет, это же надо так опростоволоситься?
Проклятые кошки!
*** Многое видел Альтвер. Но это зрелище было для него в новинку. Многое видел Альтвер.
Но это зрелище было для него в новинку.
Служба состоялась,  как обычно,  на рассвете. Вроде бы все,  как и всегда. Патер Лейдер, храм,  Торий Авермаль с женой...
Вот это и было необычным.
Баронесса Авермаль была... великолепна.
Она собрала волосы в высокую прическу на затылке. Воткнула в нее гребень,  а на плечи ей спадало... это было нечто восхитительное.
Розовое облако... из кружев?
По храму полетел шепоток. И мужчины,  и женщины - все смотрели на баронессу. А та,  наслаждаясь произведенным эффектом,  прошествовала под руку с мужем,  поправила кружево,  блеснула на плече брошь из алого... янтаря?!
Альдонай,  сколько же это стоит?!
Откуда такая роскошь?!
Служба была... нет,  не сорвана. Но сегодня Альдонай не получил и половины своего внимания. Оно доставалось баронессе. В том числе и со стороны патера Лейдера.
А по завершении службы началось самое главное. Расспросы.
Впрочем,  барон молчал,  как рыба.
Только сообщил,  что это можно заказать через него. И назвал цену редкости. Баронесса же только улыбалась  - и поправляла кружево. Потом достала маленькое зеркальце,  посмотрелась в него... и барон оказался обеспечен заказами на год вперед.
Жена,  дочь,  любовница, мать... каждая из этих женщин способна устроить своему мужчине маленький ад на земле,  не получив желаемого.
Так что...
Единственным исключением был патер Лейдер. Но его умаслил широкий кружевной воротник. И патер согласился,  что скверны и происков Мальдонаи в этих предметах нет.
Зато есть выгода... и не будет ли достопочтенный Торий Авермаль так любезен...
Торий был.
Разумеется,  храм нуждался в новой крыше. И роспись подновить не мешает.
Только торговать не мешай...
Патер сильно подозревал,  что тут не обошлось без Иртона,  но на нет - и доказательств нет.
Зато есть кружево. И на него такой спрос... попробуй,  запрети женщинам.
Удушат.
Лучше уж смириться и получить свою выгоду.
******
Второй визит к ведьме дался Анелии чуть лучше, чем первый. Было страшно, да.
Но уже не настолько.
Бабка, мерзко ухмыляясь, выдала Анелии несколько флакончиков. И один из них - лично для девушки.
Приворотное зелье. Отворотное. Снотворное.
Может быть, подействует?
Девушка готова была хвататься за любую соломинку. Очень уж жить хотелось.
А еще...
Нет, Рику она не станет подсыпать ни первое, ни второе, ни третье.
В глубине души Анелии теплилось что-то смутное.
'Я тебя не обижу, девочка...'
Вот что было важно. Если Рик и догадался о ее роли... не должен был, но вдруг?
Он не злой. И обижать ее не будет. Ей не придется бояться мужа, если она не переступит определенных рамок.
Признательность?
Может быть.
Анелия и сама пока не знала. Но нечто теплое уже проросло в глубине ее души. Пока - погребенное под расчетом, страхом за свою жизнь, житейской суетой - оно уже было.
***
Прочитав письмо, Эдоард выругался.
Так и вообще без наследника остаться можно.
Еще как можно.
Но...
Так получилось, что Рик еще не был женат.
Эдмон в свое время сопротивлялся помолвкам и свадьбам, как кандидат в альдоны. То у него болезнь, то невеста ему не подходит, то...
Эдоард понимал, что потакает сыну. Но...
Он знал свою вину.
Он-то любил Джесси. А Имоджин... бедная женщина. Можно быть королевой. Но возможно ли быть счастливой королевой?
Имоджин не была счастлива. И Эдмон был отравлен ядом ее горя и ненависти.
Эдоард не давил на сына. Рик - тот был помолвлен в свое время. А Эдмон все тянул и тянул... пока не умер. И встал вопрос - женить Рика.
Сначала был объявлен королевский траур - три года. И заключать помолвки стало невозможно.
Потом же... пока наводили мосты, пока собирали информацию... время иногда летит очень незаметно. Да и Рик желания жениться не проявлял.
Он и сейчас не проявляет. Но тогда его хоть рысь не драла.
Эдоард посидел несколько минут молча, собираясь с мыслями. Придвинул к себе лист пергамента. И перо полетело по бумаге.
Надо соблюсти баланс между гневом - и добрососедскими отношениями. Гардвейг должен понять, что Эдоард весьма недоволен. Не до разрыва отношений, пока нет. Но еще один такой случай...
... мой венценосный брат...

Галина Гончарова "Средневековая история. Интриги королевского двора"Место, где живут истории. Откройте их для себя