Не подпускай меня к себе

Глава 37

Соня.

- ...фольксваген пассат третьей серии девяностых годов, начала двухтысячных... - читает полицейский. - Номера...

- Да. Вроде. Я не разбираюсь в машинах, - бормочет Маша.

Я стою в стороне и прожигаю взглядом спину сестры, пытаясь сдержать всю свою злость и обиду, которая переполняет меня. Как она могла? Почему мне ничего не сказала? Это вообще не её дело, зачем она полезла в это? Из-за неё...

Мужчина благодарит Машу и уходит. Она недолго стоит спиной ко мне, а потом оборачивается. Её взгляд натыкается на меня, и девушка замирает. Она бледная и уставшая, явно недавно плакала, но в этот момент я не испытываю к ней жалости.

- Соня... - она делает шаг ко мне, но я отступаю.

- Довольна? - выдыхаю я. - Как ты могла?

- Я не... - её голос дрожит, но это вызывает во мне лишь новую волну злости.

- Это ты виновата. Он... - я осекаюсь и опускаю голову. Губы начинают дрожать. - Ненавижу тебя! - выпаливаю я и разворачиваюсь, чтобы она не видела моих слёз.

Я так зла, что готова срываться на всех подряд. Разрушать и уничтожать всё на своём пути, ненавидеть и отталкивать тех, кто окружает меня. Если бы Маша не помогала им, всё было в порядке, Егор бы не пострадал так сильно, он ведь вообще не при чём...

Чёрт... Я ведь знала, что они не отступятся. Я должна была догадаться, что они попросят её. Почему я чувствую себя такой беспомощной? Если бы я только могла всё исправить...

Егор Штормов, лучший боксёр нашего города, мечтающий выйти на профессиональный ринг, дышащий поединками и драками, живущий мыслями о спаррингах, теперь прикован к инвалидной коляске.

Каждый из нас, кто был причастен к этому, винит себя. Маша, Матвей и я. Все мы виноваты.

Он говорит редко и мало, не улыбается, постоянно просит оставить его в одиночестве. Не смотря на обещание врачей, что парень пойдёт на поправку и сможет встать на ноги, Егор не блещет оптимизмом. Его когда-то пронзительные голубые глаза заволакивает дымка. Они становятся безжизненными и холодными.

Он ничего не говорит, но я знаю, что ему тяжело. Чертовски тяжело.

Я собираю все свои силы и пытаюсь не терять оптимизм, надеясь, что его хватит на нас обоих. Бросить его сейчас я не могу, не посмею. В тот раз я хотела избежать подобных последствий, поэтому и разорвала все связи, но сейчас, если я уйду, это убьёт его. Я буду рядом, даже если он не встанет, если не сможет встать, если останется в коляске до своей смерти.