Волновая жизнь Ким

13.

     — Господин Мин? — на пороге его встретил Дарын, и Юнги кивнул. Дарын сразу обратил внимание на рубашку Юнги и  тихо приняла куртку. Работа Дарына такая — охранять дом Юнги. Ему почти тридцать, он высокого роста с бородой, всегда в строгом костюме. Дарын любит подсчитывать каждый свой шаг и свою работу тоже. У него больная мать, которую Дарын любит больше своей жизни. А ещё он любит Джихо. Юнги видит и понимает всё, но многие думают, что он бесчувственный и скупой на эмоции. По сути, да, он такой. Но на взгляд. У него работа такая — делает из людей животных. Если хочешь выживать среди тиранов, придётся отключать все свои эмоции, которые могут повредить.

      Юнги тяжело вздохнул и поднялся на второй этаж. Лестница неприятно скрипела, заставляя Юнги сморщить нос. Поднимаясь, он думал о завтрашнем дне и не заметил, как оказался рядом с комнатой. Когда он открыл дверь, в глаза бросился свет от лампы, который украшен узорами от тени люстры. В центре комнаты огромная кровать, а на ней сопела Дженни. Укрылась тёмным одеялом, и брови нахмурены. Кажется, её голова болит до сих пор, и Юнги думает о том, приняла ли она таблетки. Выключив свет, Юнги осторожно пошёл в сторону ванной.

      Через некоторое время он переоделся в лёгкую футболку и штаны, тихо подкравшись, он лёг рядом с ней.

      Луна сегодня особенно яркая, её свет подглядывал через окно, будто наблюдая за волновой жизнью молодоженов. По дороге Юнги хотел спать, но сейчас лежал с открытыми глазами и смотрел на спящее лицо жены.

      Говорят, самая красивая женщина — спящая, потому что молчит. Но Юнги нравится, когда Дженни улыбается. Вот тогда она живая и спокойная, радуется жизнью. Юнги смотрел на неё и не мог сдерживать улыбку. По ней не скажешь, что она росла в ужасной семье. Нет, она очень милая и хорошая. И с ней очень уютно. В том смысле… В общем, тепло. Юнги не хватает его в жизни. Очень.

      Юнги немного приблизился к девушке и взял её руку. Тепло. Он прикрыл глаза и поставил её руку к своей щеке. Тепло. По телу прошли мурашки, и Юнги почувствовал себя странно. Очень странно. Этот тепло не такое, когда он получал во время близости, это совсем другое. То чувство, когда понимаешь, что этот человек и по закону, и по жизни твой человек. Внутри проснулось чувство собственности, которое хочет этого человека защищать и оберегать, потому что понимаешь, что за человека ты несёшь ответственность. И знаешь, что будет тебе больно, когда этот человек страдает.