Боль — всегда при нас. Иногда боли не замечаешь, но она все равно есть. Она может наброситься внезапно, заставить тебя вопить и кричать, будто твою душу поджаривают на огне. А может подкрасться незаметно, и ты осознаешь ее уже после того, как свыкнешься с ней настолько, что даже не будешь представлять себе жизни, свободной от боли. Молчать, когда хочется поделиться правдой, о которой никто не должен знать, — тоже боль. И не знать самому — как это случилось, почему, за что и, главное, когда. Загадка без ответа может мучить, как тесный ботинок, или, если уж на то пошло, как рак на последней стадии. И боль не отпускает, не отпускает, не отпускает, и от нее никуда не деться.
Устроив Винсенту сердечный приступ, этот год, по-видимому, был не в силах остановиться и продолжал плодить одно несчастье за другим. Так думал Виски, сидя в приемной врача.
Сидел и думал, думал, думал, сидел и думал.
Он вспомнил, как, почти год тому назад, чуть ли не на следующий день после бракосочетания Сильвестра Гудли и Сьюзен Макмерфи они с Элизабет вернулись в этот дом. Идея, разумеется, принадлежала Элизабет. Здесь легче было понять, смогут ли они ужиться друг с другом. Теперь им не надо было скрывать свои отношения, прятаться по углам, краснеть, когда их случайно замечали вместе. Их отношения стали почти официальными.
Элизабет считала, что и Гудли с Макмерфи поженились по той же причине — в их возрасте они не могли вести себя как подростки. К тому же в доме все знали об их связи и не раз терпеливо выжидали за углом, давая возможность Гудли беспрепятственно добраться по коридору до дверей сестры Макмерфи.
Дом был достаточно велик, чтобы предоставить Виски и Элизабет отдельные апартаменты из спальни, кабинета и ванной. Точно такие же, как у Гудли. И даже когда двойняшки подрастут и обзаведутся семьями, место им, по всей вероятности, тоже найдется. В доме было столько комнат и закоулков, что при желании всегда можно было не мешать остальным.
Порой человеку хочется побыть одному.
Когда Виски вселился сюда с Элизабет, переменилась вся его жизнь. Добавились разные правила. До сих пор единственными правилами, которыми руководствовался Виски, были те, которые он придумал для себя сам. Жизнь с другим человеком напоминала карточную игру старушки Мэгз, в которую ему еще не доводилось играть.
![](https://img.wattpad.com/cover/187152338-288-k389840.jpg)
YOU ARE READING
Утопая в беспредельном депресняке
Teen FictionВ три с небольшим года Алекс Уокер убил своих родителей. Без малейшего, впрочем, злого умысла. И он бы еще сто раз подумал, знай он заранее, что усыновит его бывшая любовница отца, фотографа Джонни Уокера по кличке Виски. Знай Алекс заранее, что отч...