Crystal sky.

59

Billie Eilish — lovely (with Khalid)

Кабинет Василисы находился в шатком состоянии, что не укрылось от её друзей. Их удивлённые, внимательные взгляды скользили по пыльным полкам, захватывали каждый миллиметр комнаты, но не находили ничего, кроме стопок с документами и книг, наваленных в беспорядочные кучки.

— Значит серьёзный разговор? — Тихо говорит Василиса и, минуя своё рабочее место, садится в кресло, обитое кожей.

— Да. — Более громко говорит Фэш и остаётся стоять, подпирая стену.

— Брайан, можешь пока сходить к Норту, ему стоит взглянуть на некоторые документы. — Устало говорит Василиса, осматривая шатена.

— Уже поздно.

Василиса на эту реплику лишь слабо усмехнулась. Её голова шла кругом, но продолжала выдавать команды, которые должны сделать её жизнь чуть легче.

— После выходки моей любезной мачехи и глупой сестрицы он не спит по ночам, ведь знает, что из-за них он чуть не побывал на том свете. Боится, что они решат закончить, так что я тебя уверяю, не спит, только не входи тихо и сразу представься, а то получится, как с Костей. Ты ведь не хочешь новый шрам? — Василиса чуть слабо улыбалась, наблюдая за нахмурившимся лицом Брайана.

— Это ведь он, да?

— Ты ведь знаешь, что я не могу тебе сказать. — С грустью ответила девушка.

— Ты ведь помнишь, чем всё кончится.

— Я буду надеяться, что до этого не дойдёт.

— Ты уже понадеялась и теперь твоя мать гниёт в вонючем подвале. — Жёстко сказал Брайан.

— Ну тогда я последую её участи, тебе ли не знать, как высоки ставки. У нас уговор - я говорю, ты выполняешь.

С глубоким вздохом, парень покидает комнату, оставляя друзей в одиночестве. Василиса, игнорируя взгляды ребят, залпом выпивает стакан воды.

— Ну что же, задам главный вопрос, кто это сделал? — Бесстрастно и громко спрашивает Фэш, смотря Василисе прямо в глаза, отмечая, что ему очень больно.

— Я не знаю. — Тихо отвечает Василиса.

Фэш всматривается в её тонкие, словно кукольные, черты лица. Рассматривает её бледную, прямо-таки алебастровую кожу, её маленький носик, повнимательнее вглядываясь в синие, с каким-то тёмным отливом, слишком уставшие глаза.