— Врешь, — прошипел демон, скалясь, как дикое животное. Его лицо исказилось, скулы заострились, нижняя челюсть выдвинулась немного вперёд. Алые горящие глаза пристально всматривались в то, что некогда было его матерью. Его тяжёлое дыхание напрочь заглушало едва слышные вдохи Натаниэллы, вырывающиеся с сопением.
— Какой мне резон врать? — Женщина говорила медленно, явно собирая силы для каждого нового слова. Цепь звякнула, едва она немного шевельнула запястьем.
«Неужели она кричала так, что сорвала голос?»
Я застыла каменным изваянием, вытянувшись по струнке. Отвести глаза от вида разъяренного демона было сложно и невероятно страшно, но я, преодолевая себя, буквально ломая собственную волю, заставила саму себя посмотреть на демонессу.
Кожа исполосована бурыми следами. Рваные раны сконцентрировались на животе и ногах. Одежда на женщине пропиталась кровью, и я не понимала, как она ещё держится. Невероятная тяга к жизни? Сомневаюсь. Скорее, намеренное продление пыток.
К горлу подкатила тошнота, я едва сдерживала себя, стоя с закрытыми глазами. Металлический запах, лязг цепей...
Я распахнула глаза. Люцифер стоял совсем близко к женщине, притягивая ту к себе, держа за остатки блузки.
— Как снять проклятие? — Повторил вопрос мужчина, в голосе которого прорезался рык. Демон был на грани. Глаза горели даже ярче, чем когда его выводила я. Они слабо освещали спутанные и липкие от крови волосы пленницы, слипшимися сосульками обрамляющие лицо. — Мама!
— Никак, — тоже повторила свой ответ женщина, не поднимая головы. — Я хотела как лучше, Люцифер... Это дар. Уокер... она уже твоя.
Демон вспыхнул яростью, мне показалось, будто его всего на секунду охватил огонь. Его тело напряглось, рука, сжимающая ткань, отклонилась назад, не выпуская одежды и метнулась вперёд...
Я отшатнулась, поскользнулась на скользкой плитке и повалилась навзничь, больно ударившись бедром и судорожно отползая дальше, не заботясь о сохранности кожи на ладонях, которую я уже исцарапала. Я расширившимися глазами смотрела на то, как демонесса отлетает, буквально впечатывается в стену, и её безвольное тело отталкивается от камня, как снова натягиваются цепи, удерживающие женщину.
