Мой любимый сон / Валера Лагунов и ОЖП/

8 часть

Ангелина открыла глаза лишь на утро, на своей постели. Для неё это было дико и странно, ведь она помнит, что было вчера вечером...Или это был всё просто желанный и страстный сон, похожий на реальность, о которой грезила девушка? Ангелина раскрыла свои зелёные глаза и аккуратно, и тихо, будто осторожничая, хотя так оно и было, привстала на локтях, чтобы осмотреться вокруг. Её взгляд приковала ещё одна необычная, даже вновь дикая, картина, заставившая юное сердце биться, и с каждой секундой всё быстрее. На стуле, напротив неё, сидел полудремлющий Валера, опустивший голову слегка вниз. "Что он здесь делает?" только этот вопрос был в голове юной вампирши. Её удивлению не было предела, но за удивлением её вмиг охватил страх, когда она увидела, как Лагунов начал шевелиться и просыпаться. Сейчас она решила, что не станет прятаться, отварачиваться от него, ей хотелось лишь узнать правду, и понять, что же было между ними вчера. В её голове были воспоминания только о том, как они, вдвоём, купались нагимы в реке, и наконец поцеловались.... а дальше провал...
sbermarket.ru
Валера открыл свои голубые глаза и аккуратно поднял взгляд вверх. Всё его тело безумно ломило, хотя, он же вампир, он не должен уставать, и что-то болеть у него тоже не должно ничего, вроде как...А может ли это означать, что он вновь становиться человеком?...Раз он чувствует какой-то трепет и не спокойствие не только душевно, но и физически, выражающееся в боли...Неужели это все, только из-за любви к одной девушки? Может и вправду говорят, что именно любовь спасёт мир? Парень размял шею и обратил свой взгляд перед собой, и тут же столкнулся с любимыми и большими глазками цвета хвои, которые внимательно изучали вампира. Он не знал, что сказать, действительно хотелось сказать многое, но как это сказать... Лагунов встал со стула и без резких движений приблизился к скрипучей кровати, где лежала девушка, и сел скраю матраса. Ангелина же выпрямилась и села рядом, не отрывая взгляд от юного вампира, который,к счастью её, не боялся также взглянуть в глаза, и тоже изучал её лицо во всех мельчайших деталях. Геля решила первая завести разговор, да бы узнать наконец всю правду, чтобы разум и душа не мучали её бренное и неживое тело: –Валер, а что вчера было? Я плохо помню, честно,– с огорчением произнесла Шипаева. Валера вмиг отвел взгляд от любимой, было видно, что он взгрустнул и был разочарован от её слов. Геля же не могла это не заметить. Она потянула к нему свою маленькую ручку и положила свою ладонь поверх его, обращённых в замок из сцепленных пальцев друг с другом. Парень с удивлением посмотрел в зелёные глаза. –Неужели совсем ничего не помнишь?– с тёплой искренней и чистой надеждой, спросил стратилат. Ангелина прочувствовала её своим неживым уже сердцем, и в её груди тоже зародился небольшой огонек.  –Мне казалось, что это был лишь сон...–произнеся это, Ангелина опустила взгляд, скрывая его от Валеры. Рука тоже уползла на коленку своей "хозяйки", оставив Лагунова опять в холоде и без женского огня и внимания.  Парень не верил, не верил, что его любимая всё забыла, ведь это был самый желанный и самый лучший миг за последний годы, и он надеялся, что на утро Шипаева разделит с ним его, их счастье. А она такое говорит ему...Валера положил свою холодную руку на её белесую щеку и нежно и аккуратно поднял её лицо вновь на себя, чтобы их глаза снова встретились. Ангелина не знала, что делать, она была готова ластиться навстречу к Валериной ладони и наброситься на него с поцелуями, но девушка боялась, что неправильно всё воспринимает, и решила, что будет ждать, пока Лагунов сам скажет ей, что у него к ней на душе.  –Ты меня осчастливила вчера...–произнёс шёпотом вампир, аккуратно поглаживая щеку собеседницы.   Так значит это был не сон? Всё наяву?  Геля готова была поклясться всем, что у неё есть–это лучший момент её жизни. Теперь она была точно уверена и в Валере, и в его чувствах, и в своих тоже, как никогда раньше. Шипаева после его слов начала сбольшим удовольствием ластиться под его ладонь, накрыв её своей маленькой ладошкой с длинными, музыкальными пальчиками. Валера будто вновь ожил, в его глазах загорелась яркая искра, которая плясала от неимоверного счастья, что он наконец может быть рядом с любимым человеком. Вампир теперь взял ее белое личико с розовыми губами в обе свои холодные руки. Дыхание спиралось, в комнате становилось душно, тела горели от любви, а глаза становились мокрыми от счастья и переполняющей любви. Геля настолько была расстроогана, что и вправду, из её левого глаза скатилась на бархатную щеку солёная и одинокая слеза, которая намочила ещё и кончики пальцев парня. Стратилат искренне не понимал, от чего его возлюбленная плачет. Он аккуратно вытер большим пальцем мокрую дорожку и шёпотом спросил: –Почему ты плачешь? –От того, что я наконец счастлива...Валерочка...–также тихо ответила ему Ангелина. Валерино сердце колотилось с неимоверно-быстрой скоростью, а после этих слов и вовсе начало стремиться наружу, при помощи разрыва грудной клетки. Стратилат вновь улыбнулся...снова...Он четыре года не улыбался, а когда встретил её, она перевернула его жизнь вверх дном, сделала его...сделала его вновь человеком? Он ведь сейчас чувствует что-то, глубоко в душе: тепло...любовь. Да, он снова любит. –Я тебя защищу от всего, чтобы не случилось. Я тебе обещаю,– уже серьёзным тоном, произнёс эти слова юноша.  –Я знаю, милый,–ответила ему с блестящими глаза Геля.  Валера решил проверить реакцию собеседницы и аккуратно провёл большим пальцем по розовым искусанным губам возлюбленной с русыми волосами. Ангелина не сопротивлялась же от слова совсем, наоборот, прикрыла глаза пышными ресницами, да бы насладиться побольше этим невинным и таким важным для них моментом. Валера посмотрел на вампиршу, она на него: –Хочу поцеловать тебя, очень...–на выдохе произнес юный стратилат. Девушка слегка улыбнулась от его слов, и её кожа на щеках покрылась лёгким и таким живым розовым румянцем.  –Так, не отказывай себе, милый...– закусив ту самую, нижнюю губу, ответила соблазнительным шёпотом Шипаева.  Валера не стал медлить с этим, и сразу после её согласия, припал к желанным и уже таким любимым девичьим губам. Русоволосая мягко уложила свои ладони на грудь любимого, находя в нем опору и чувствуя его пульс, как бьётся сердце любимого.  Парень хищно сминал губы напротив, он пытался как можно больше оставить в этом поцелуе, но и запечатлить у себя в памяти он тоже хотел этот момент как можно ярче. Нежный, полный любви поцелуй, перешёл в более напористый, страстный и долгожданный. Розовый язык Ангелины пытался дотянутся до языка Валеры, чтобы сплести их в жарком танце, не оставляя шанса на здравомыслие. И ей это удалось. Но долго так сидеть не получилось, ведь воздух в лёгких не бесконечен, и двум юным телам пришлось отстраниться друг от друга. Глаза девушки были полны счастья и любви к стратилату, и тоже самое можно было сказать и о голубых глазах Лагунова, которые выражали такое же бесконечное счастье и умиротворение при виде любимой девушки. Он пристально изучал ту самую искру, что была у неё в зрачках, как блики на ярком солнышке. Она сама была как солнышко, только уже угасающей, и смотря в зелёные омуты Гели, парень пообещал себе, что спасёт свое солнышко из этой жгучейи несправедливой тьмы многолетней горечи и зависимостей.  –Ангелин, я... Хотел сказать что-то важное Валера своей любимой, но не успел, в дверь их комнаты кто-то с напором постучал. Лагунов с недовольным вздохом встал со скрипучей кровати, подошёл к обшарпанной двери и отворил её. Перед парнем стоял Лева, который явно ожидал не вампира увидеть на пороге.  –Что-то случилось?–холодно, даже чересчур спокойно спросил голубоглазый.  –Валентин Сергеевич собирает всех внизу. Сегодня ночью пойдём к отцу Павлу,– монотонно, будто также безразлично, как солдат, ответил ему Хлопов.  Валера коротко кивнул. –Хорошо, сейчас спустимся,–и парень закрыл дверь перед русоволосым и изранненым Левой.  
***
–Значит так, идём к отцу Павлу, сегодня, в полночь. Баб Нюра опять нас проведёт к нему. Всем всё ясно?– спросил Игорь, стоя за круглым столом, который теперь был завален оружием против вампиров, а не едой, как ранним утром. Ника стояла рядом, положив руки ему на плечо, немного гладя его через кожаную куртку любимого.  Игорь не был злым человеком, скорее его резкость и грубость через раз обуславливалась страхом, страхом за себя, за близких. Валера понимал это и не злился, как и Игорь на него никогда. Но Игорь злился и не доверял Ангелине. Да, она дочь Валентина Сергеевича, и видно как мужчина её оберегает, обнимает, любит, но парню казалось, будто она что-то скрывала, что-то важное, что-то такое, что даже доктор не знал, но увидев сегодня на рассвете Лагунова и Шипаеву у него руках, которая мирно и сладко спала, Корзухин чуть успокоился. Если Валера ей доверяет, значит боятся нечего, а тем более, когда видишь как твой лучший друг целует её то в лоб, то в шею время от времени, всё встаёт на свои места.  Все присутствующие кивнули головой в знак того, что все поняли информацию, которую только что до них донесли. Во время небольшого собрания, Валера с Ангелиной всё время коротко переглядывались, что не могло не пройти мимо зоркого внимания доктора, который пристально следил за этой ситуацией. Он понимал, что творится между молодыми людьми и решил после обощего собрания поговорить с дочерью, наедине.  Перед тем как выйти на улицу с Игорем, Валера, пытаясь незаметно это сделать, вложил в руку вампирши небольшой клачок бумаги. Когда парень удалился, девушка развернула бумажку под столом и про себя прочитала "в 5 часов, на крыльце. жду тебя, твой Валера". Почему-то от этой записки на девичьей душе стало легко, тепло и даже хорошо. Это было так мило, так по-детски, так невинно... Её мысли нарушала морщинистая рука, упокоившееся на худом плече. Геля повернулась в сторону мужчину, который стоял у неё за спиной. –Выйдем, поговорим?– указывая на крыльцо, спросил Носатов. Девушка кивнула и отправилась прямо на выход. Выйдя из здания, она упокоилась на шершавых, от времени, ступеньках. Рядом с ней её отец. Он достал сигарету из пачки, предложил Геле, та тоже взяла одну. Оба зажгли их и стали сидеть молча.  Валентин не знал как начать разговор с дочерью. Он понимал прекрасно, что его дочка растёт, становится женщиной, постепенно пока, но становится, гармоны бушуют, она влюбляется, потом, когда любовь её будет сильна к мужчине, у неё будет своя семья, дети.... Но Валентин не знал, что с ним творится. Страшно ему было её отпускать в большой мир, боялся не защитить, боялся отдать ответственность за нее кому-то другому. И вот как ты ей сейчас это объяснишь... –Гель,– она обернула на него свою голову, внимательно слушая,– ты знаешь, я очень тебя люблю, как свою родную. Да, так и есть, в принципе. Дороже тебя у меня никого нет, и я хочу...хочу, чтобы ты просто была счастлива. И всё... Шипаева внимательно слушала мужчину, параллельно изучая все его, такие милые и уже родные, морщинки на немолодом лице. Она всё поняла ещё тогда, когда он позвал её сюда, но не думала, что эта речь настолько расстрогает юную душу. Вздохнув, девушка что есть мочи, со всей любовью, обняла за шею своего отца, которого очень любила, даря уверенность о том, что та поистине счастлива, и чтобы мужчина ни капельки не переживал. Доктор от неожиданности действий слегка опешил, но понял, что эти родные объятья ему как никак кстати сейчас. Неизвестно, когда он сможет ещё раз также обнять любимую дочку. Носатов аккуратно положил свои руки ей плечи, прижимая крепче к себе. Ещё один из лучших моментов за долгие годы для Ангелины– объятья с дорогим ей отцом. Ближе него и Валерки теперь для неё нет никого.  Отпрянув от мужчины, Геля села к нему ближе, соприкасаясь своим татуированным плечом его плеча. Валентин Сергеевич решил, что сейчас самое время отдать девушке что-то поистине дорогое для него, и он надеялся, что эта вещь тоже будет для Шипаевой дорогой. Порывшись в рюкзаке, он достал деревянную коробку и протянул русоволосой.  –Знаю, день рождения твой совсем не скоро, но считай, что он сегодня,–пошутил доктор,–Надеюсь тебе понравится.  Девушка взяла с интересом коробку и открыла её. Её глаза округлились ещё больше. Она ожидала всё что угодно, но не оружие, которое девушка давно просила. Валентин запретил ей пользоваться каким либо оружием ещё семь лет назад, в раннем детстве он обучил её всему и всё. И Ангелина долго просила какое-нибудь оружие у охотника, а ещё учитывая то, кем она являлась... Это был новенький ПБ, который сейчас достать было трудно. Производство всё же идёт, но "простым смертным" достать этот пистолет очень сложно.  –Это пистолет твоей мамы... Ангелина обернулась резко, в удивлении на охотника. Мамы? Но как? Шипаева ничего не понимала вообще теперь...  –Я познакомился с твоей мамой ещё до твоего рождения. Я ведь служил в молодости, вот и осталось что-то в голове после этого. Учил её стрелять. Романтика такая себе, конечно...она боевая была такая...прям как ты Валентин лишний раз убеждался как они с Ангелиной похожи, будь его светловолосая возлюбленная жива, от дочки отличить нельзя было бы от слова совсем.  Доставая блестящий ПБ с глушителем, Шипаева заметила на дне коробки ещё кое-что. Достав небольшой конверт снизу, девушка поняла–это фотокарточки с её мамой. У Гели не было ни одной фотки с мамой, а теперь есть... –Спасибо, пап. За всё,– искренне улыбаясь, ответила ему русоволосая красавица, держа в руках фото Марии Сергеевны, когда той было всего восемнадцать лет. 
***
В пять часов в лагере уже смеркалось. Дел небольшой ветер, было холодновато, но не дубак. Ангелина вышла на крыльцо здания, укутавшись пледом, который находился в буханке Игоря. Было одиноко и тоскливо смотреть на раскинувшейся пейзаж одной, но эту грусть скрашивала мысль о том, что Валера скоро должен прийти, ведь именно он был инициатором встречи. От скуки Шипаева решила закурить сигарету, пока ждёт юношу. Она зажгла её, и клубы дыма понеслись с порывом ветра прочь от лагеря, летя куда-то далеко, неизвестно куда именно для девушки. Становилось холоднее и темнее на улице, и Геля точно не знала, сколько времени она ждала парня, может минут десять, а может и полчаса.  Ангелина уже хотела уйти от обиды на любимого, но в этот же момент на её примкнули тёплые губы, осыпая шею приятными и долгожданными юношескими поцелуями. Третья сигарета горела в тонких пальцах русоволосой, Валера ловко перехватил её и начал сам докуривать остаток, прижимая к себе за талию ближе, девичье тело.  Снова этот неизвестный жар разливался по жилкам и сосудам в теле Валеры. Что-то неизвестное, но такое притягательное взывало парня не останавливаться, затягивая при этом потуже узел внизу живота. Сердце вновь активно застучало, а кровь потекла по жилам, стремясь вниз. Да и по выражению белесого личика Гели, было видно, что она совсем не против, а наоборот, открывает больше пространства на шее, откидывая голову назад, для поцелуев. Лагунов быстро докуривает, бросает окурок куда-то в траву и вновь прижимается к желанному телу, аккуратно осыпая шею и худые плечики нежными трепетными поцелуями. Девушка, наслаждаясь моментом близости с любимым, не заметила своей раскрепощенности, и из ее глотки непроизвольно вырвался стон, который испугал влюблённых, но и одновременно добавил больше азарта и страсти в данную секунду. Переглядевшись друг на друга, вампирша развернулась к лицом к стратилату, тот быстро подхватив её за бёдра, посадил на перила крыльца и жадно прижался своими губами к губам напротив, не желая отпускать свою возлюбленную из плена своих чар ни на секунду.
sbermarket.ru
Воздух предательски стремительно кончался, но это лишь подбадривало молодых людей побольше насладиться друг другом. Отпрянув на секунд, чтобы отдышаться, Шипаева прислонилась лбом к лбу любимого.  –А вдруг завтра умрём...  И вновь русоволосая вцепилась в розовые губы Лагунова. Парень с ней бы, наверное, согласился бы, сколько им осталось жить неизвестно, и пока есть время, надо достаточно насладиться друг другом. С этими же мыслями, стратилат прервал страстный поцелуй, и не потеряв настрой, начал покрывать мелкими поцелуями и отметинами открытую шею, затем ключицу. Зеленоглазая девушка старалась как можно тщательнее отложить этот момент в своей голове, стараясь не отдаться чувствам полностью, ведь если здаровомыслие улетучиться в миг из разума Ангелины, все услышат, что происходит на крыльце здания и станет безумно стыдно...  Парень взял аккуратно девушку, подхватив её на руки. Он уже хотел пройти в "чахлый" корпус, как Геля его остановила: –Нас услышат... –Хорошо. Коротко ответил ей возлюбленный, изменив маршрут. Ангелина лишь прижалась к воспылающему страстью вампиру, в ожидании чего-то необыкновенного и трепетного...