Сломленный нефрит

Глава 29

Хёну не успел переодеться и всё ещё оставался в сценическом образе: яркий макияж, подчёркивающий выразительные черты лица, волосы, аккуратно уложенные для выступления, и лёгкий блеск пота на коже — след от прожекторов и энергичных движений танца. В отражении зеркала в лифте он выглядел слишком вызывающе. Его можно было принять за эскортника, которого Киун привёл с собой на одну ночь.

Эта мысль заставила его резко отвернуться, но было уже поздно: собственное отражение прочно запечатлелось в памяти. Жар пробежал по коже, осев в кончиках ушей, залив их алым цветом.

Теперь, когда Киун мог видеть его вблизи, взгляд лениво скользил по фигуре Хёну, оценивая, исследуя, жадно задерживаясь на тех местах, где кожа оставалась открытой. От этого взгляда Хёну чувствовал себя так, словно его прожигали насквозь. Он не мог не замечать, как тяжёлый взгляд Киуна впивался в него, как напрягалась его челюсть, как в глазах бушевал голод — волнующий, пугающе притягательный.

Замкнутое пространство лифта только усугубило ситуацию. Аромат Киуна мгновенно распространился по помещению — чистый, свежий, пробирающийся под кожу. Он проникал в сознание, кружил голову, опьянял. Колени Хёну дрогнули, тело будто потеряло опору, и он инстинктивно ухватился за поручень, чтобы удержать равновесие.

Лифт мягко замер, двери с негромким звуком разъехались в стороны, впустив их в коридор. Киун лёгким, но непререкаемым движением подтолкнул Хёну вперёд. И, когда тот двинулся к квартире, он не мог не почувствовать, как Киун пристально наблюдал за каждым его шагом.

Киун наслаждался видом. Удовлетворённо изучал плечи, линию спины и ягодицы. Однако с каждой секундой внутри него разрасталась ревность. Он понимал, что этот образ, этот наряд, эта сценическая грация предназначались не только ему. Вспоминал, как Хёну танцевал перед сотнями глаз. Как эти глаза следили за ним, жаждали.

Это осознание неприятно кольнуло, распаляя нечто тёмное и тревожное.

«Ненавижу...лишить бы глаз каждого, кто с такими мыслями посмотрит в его сторону».

Пока рука Киуна потянулась к панели кодового замка, он устало опустил голову, позволив себе на мгновение прижаться лбом к плечу Хёну.

Тогда он снова ощутил аромат.

Не парфюм. Не посторонний запах. А естественный, доносящийся от тела самого Хёну. Киун вдохнул его глубже, позволив проникнуть в лёгкие, впитаться в каждую клетку. Внутри что-то дрогнуло, напряглось, горячая вибрация прокатилась от затылка вниз по позвоночнику, растекаясь по всему телу.