Эльф вампиру не игрушка!

Часть 18

К тому моменту, как Лисенок заворочался, постепенно просыпаясь, мы с Никарессом уже успели обсудить все детали произошедшего столкновения. Он внимательнейшим образом просмотрел доступные записи видеонаблюдения, шепотом отругал меня за безалаберность, поудивлялся на рыжика, раскрывшегося с неожиданной стороны, и под моим пристальным взглядом, на цыпочках, дабы не разбудить эльфенка, удалился раздавать распоряжения вампирам из группы зачистки. Какая бы анархия в среде моих подданных ни царила, но определенные «государственные структуры» у нас все же были. К ним относились и те, кто убирал явные следы слишком бурной деятельности сородичей, способные вызвать подозрения или волнения в среде других разумных. Иным расам совершенно не обязательно знать обо всех наших делах. Главное — мы СВОИ законы не нарушаем, а с остальными... Пережуют как-нибудь. Меньше знают — крепче спят и дольше живут. Проверено на практике.

В общем, когда рыжик, глубоко вздохнув, потерся носом о мою шею и в полудреме закинул руки на плечи, прижимаясь всем телом, в центре наблюдения мы были одни. До этого я, периодически переключая камеры, со сдержанным любопытством следил по мониторам за тем, как вампиры шастают по всему замку, досконально его обыскивая, но тут, естественно, бросил все. Стиснув Лиса в объятиях, прижал его к себе и поцеловал в висок, чувствуя кожей ответную улыбку эльфенка, касающегося губами моей кожи.

— С добрым утром, — шепнул я в аккуратное ушко, лизнув острый кончик.

Рыжик поежился и хихикнул, садясь прямо. Зевнув, он потянулся всем телом, поднимая руки над головой и вытягиваясь, а я не удержался и прошелся ладонями по его ребрам, вызывая новый приступ веселья.

— Как самочувствие после вчерашнего? – не сдерживая широкой улыбки, поинтересовался я.

Лисенок склонил голову набок и внимательно на меня посмотрел, а потом нахмурился. Похоже, события прошлого дня всплыли из глубин проснувшегося сознания, и теперь эльф их тщательно анализировал. В его настроении появились первые нотки нервозности, страха и непонятного мне отвращения. Обхватив лицо рыжика ладонями, я заглянул во встревоженные медовые глаза.

— Что случилось? Что тебя беспокоит?

Немного поерзав, он спросил:

— Я правда превращался в большую лисицу и... убивал людей?

Понимающе улыбнувшись, я попытался передать напряженному эльфенку, вчера впервые забравшему чужую жизнь, чувство моей за него гордости и полного одобрения. Не хотелось бы, чтобы он зациклился на негативных эмоциях.