Скрытая любовь

3

Режим дня солдата этой роты, не сильно, но отличается от той, по которому я жила на протяжении трёх лет. Если раньше мы вставали в семь утра, то в этой роте подъём проходит ровно в пять утра пятьдесят пять минут. Как только часы пробьют шесть утра, нужно уже стоять в по стойке смирно на улице и ждать командира. За пять минут нужно успеть одеться и заправить кровать.

В нашей снайперской школе на это всё давалось пятнадцать минут, и только сейчас я поняла, что это — поблажка для нас. Мы ведь только учились, и предстоял ещё один год обучения, если бы не внезапно начавшееся сражение.
Тренировка ничем не отличалась. Правда, здесь многие парни, откровенно говоря, халтурили, не бегая несколько кругов вокруг базы, а идя умеренным шагом позади всех зданий.

После трёхчасовой (!) тренировки мы, как обычно, умываемся, а после идём в столовую. Мы с девочками ещё не знаем расположение всех зданий здесь, поэтому нас сопровождает тот парень, Чон Чонгук, что открыл нам ворота.

— А питаются они здесь лучше чем мы, — устало, но довольно улыбаясь, сказала Чеён, разжевывая рисовую кашу с говядиной.

— Вкусно.—сухой паёк, — вздохнула Джису, откусывая галет.

— Хоть какое-то разнообразие. Три года ели одни кимчи, да рис с бобами.

Я молча согласилась с ними и сделала глоток чая. Наша столовая была больше, нежели их, ведь здесь гораздо меньше солдат, как бы странно это не звучало. В нашей школе учились около семидесяти ребят, а здесь примерно пятьдесят.

— Меня волнует то, что мы будем здесь делать, — сказала Чеён, проглотив еду. — Если в нашей школе мы хоть учились и становились снайперами, то что здесь? Неужели одни тренировки?

— Наверное, — я пожала плечами.

— Многие тренировки будут нам в новинку, так как здесь теперь мы в разведывательном отряде, а раньше были в снайперском.

— Ну да, — Джису усмехнулась.

— Нас учили где и как прятаться, чтобы враг нас не нашёл.

— За то, — Чеён покачала головой. — Это нам помогло, раз сейчас мы сидим здесь.

Чеён редко произносит фразы, над которыми можно задуматься.

«Раз сейчас мы сидим здесь» — я не могу представить, что было бы, если бы одна из нас троих осталась на том поле. Или, а что, если всё-таки я зря не помогла Лисе? Может у меня была возможность это сделать, а я так глупо поступила и убежала.