Сумерки его души

Часть 2

И снова этот леденящий душу смех, мольба матери и зелёный луч. Такое родное видение, самое первое воспоминание о родителях, именно с ним он жил всю свою жизнь. Поначалу был лишь зелёный свет, на третьем курсе добавился и голос, а дальше — картинка и голоса уже обоих родителей. Сначала это пугало, потом придало сил, помогло бороться и в итоге стало привычным и родным, но за этой картиной пошла и следующая. Первый учитель ЗоТИ, что тянется к нему своими сгорающими руками. Гарри никому не говорил, но он до сих пор иногда видит этого мужчину в своих кошмарах, всё же на психике отразилось становление убийцей в одиннадцать лет. Затем тёмный тоннель, из которого выползает Василиск с шестнадцатилетним Томом Риддлом, а сразу за ним — сотни дементоров и один гримм, который преследовал Гарри во снах весь третий курс. Затем в сновидение вновь врывается до боли знакомый цвет луча и Седрик, смотрящий на хмурое небо мёртвыми глазами. Вот Сириус падает в арку, и начинается полоса смертей. Мёртвые тянули свои руки к нему, шептали и молили не убивать, спрашивали, почему не спас, почему убил, почему, за что?! Мёртвые кричали, обвиняли, требовали. Затем шли воспоминания — вспышки пыток, собственные истязания, начиная от родни и заканчивая пребыванием в плену у пожирателей, отсветы подслушанных разговоров друзей и врагов. И то и другое убивало, заставляло сломаться, подчиниться и перестать бороться. Эти призраки прошлого приходили каждую ночь, в которую Гарри Поттер изволил поддаться Морфею, и каждый раз воспоминания и кошмары вперемешку с догадками убивали его, доводили до отчаяния. Каждый раз, просыпаясь в слезах и с сорванным голосом, Гарри хотел умереть, но он давил это желание на корню. У него теперь есть Тедди, он не может по желанию вскрыть себе вены или повеситься, моля Хель о смерти. Крестник должен вырасти счастливым ребёнком, и лишь тогда бессмертный мальчишка Поттер мог позволить себе пуститься во все тяжкие, не думая о последствиях. Гарольд до сих пор помнил, как в первый год после войны срывался и пытался покончить с собой, на теле осталось ещё больше шрамов, что не получалось убрать, а Хель при коротких встречах лишь ласково гладила чёрные волосы и уговаривала не терзать себя. В конце концов Поттер перестал, и даже покушения на свою жизнь стал воспринимать как ещё одну ироничную шутку. А сейчас юноша метался по кровати, не в силах вынырнуть из кошмара, о котором так старательно пытался забыть днём. Наверное, будь Гарри смертным, он умер бы уже давно, но единственное, к чему приводили бессонные ночи — нежелание есть и апатия, ухудшение самочувствия и внешнего вида бессмертного волшебника. С другой стороны, походы за грань в попытках обрести покой дали неожиданный бонус. По возвращению Гарольд обнаруживал помимо нового шрама на теле участок знаний, которые он попросту не мог узнать, ведь знания о ритуалистике и магии крови были запретны. Как позже выяснилось, эти знания смерть передавала потомку с каждым новым посещением её грани, где Поттер изрядно потоптался, желая проникнуть в чертоги госпожи. Его переутомление, истощение и бессонница так и остались секретом для всех, кроме его лекаря, что долго лечил его от различных болезней, пытался помочь не только физически, но и ментально. Он-то и вылечил тело, лишь душу вылечить не смог, как и старые шрамы вперемешку с магическими. С того времени стало только хуже, зелье Сна Без Сновидений перестало помогать, а каждый кратковременный сон приносил слишком много боли. Гарольд стал забывать о сне, чувствовал вечную усталость, пил бодрящие зелья, и кучу других, но все же ему приходилось спать, примерно три-пять часов за неделю, все остальные ночи парень находил для себя занятия. Есть приходилось через силу, но много съесть не мог, в глазах поселилась усталая пустота и обречённая покорность. Если бы не Тедди, Поттер бы сорвался в пучину своей депрессии и просто сидел, апатично смотря в одну точку, не имея возможности ни есть, ни спать, ни связно мыслить. Он бы поддался, перестал бороться и месяцами горевал, оплакивал умерших и потихоньку сходил бы с ума. Однако у него был Тедди, и его будущее — единственное, что заставляло Гарри бороться. Вот и сейчас крёстный отец Эдварда Блэка проснулся в холодном поту спустя шесть часов, и это был рекорд, целых шесть часов за неделю. Как хорошо, что на комнате стоят заглушающие, и своими воплями он не разбудил крестника. Сон привычно почти не принёс облегчения, усталость немного отступила, но ненадолго. Привычно для себя лорд Поттер решил отвлечься книгами, тем более, что их он приобрёл в большом количестве. Когда же чтение наскучит, у юноши есть возможность зайти в лабораторию, или поболтать с леди Блэк на портрете в оранжерее, или оторваться в спортивном зале, можно банально прогуляться или выпить кофе на веранде, смотря как просыпается солнце, а можно зайти в комнату Тедди и убедиться, что его чудо в безопасности, а затем пойти и приготовить ему торт и печенье, или ещё что-нибудь. А можно было с помощью знаний госпожи обезопасить территорию, провести пару ритуалов или ещё чего нового сотворить, можно поиграть в компьютер, посмотреть фильм или порисовать под музыку. Вариантов было множество, и этим летом в этом богом забытом городе он найдёт себе занятие.
                              ***