дальше все как в тумане. Морозова не знала сколько времени она была без сознания, разум затуманился. только Алина приходила в себя, в неё тут же пихали какие-то таблетки, после которых она снова отключалась.
***
слабо освещенная коморка качалки. два старших вновь раскинули карты, не желая обсуждать произошедшее пару минут назад.
— напряжно.
наконец выдавил кощей.
Володя поднял на него взгляд.
— почему?
— да чувство такое, будто не так идет что-то, у тебя такого нет?
Володя чуть нервно прочистил горло, откладывая карты в сторону.
— вообще-то есть...
сглотнул мужчина, складывая руки в замок и устремляя взгляд на друга.
кудрявый забито поднял на него взгляд, но тут же отвел куда-то в сторону, задумчиво проводя языком по зубам.
— доктор де мог просто пойти после этого домой?
наконец выдал кощей, вновь перевода взгляд на Суворова.
— а ты сам в это веришь?
выдавил тот.
за дверью послышался какой-то грохот и резко поднявшийся гул, заставляя старших, как по команде, повернуть головы.
— пацаны!
надрывался знакомый голос.
сердце словно в пятки ушло. мужчины переглянулись, после чего резко встали, подходя к двери. но открыть они её не успели, вместо них, это сделал турбо. кудрявый стоял на пороге, под руку держа избитого доктора, в глазах читался страх и бессилие.
— где Алина?
потеряно начал кощей.
доктор словно не слышал.
Ваня резко оттолкнул супера, хватая Сашу за шиворот.
— где, блять, Алина?
надрывался голос.
— забрали.
простонал тот.
сердце забилось быстрее, кудрявый резко оттолкнул его, со всей силы ударяя по лицу. не удержав равновесие, интерн повалился на пол.
— кощей!
крикнул турбо.
— тихо!
моментально присек адидас, подходя ближе.
Бессмертный приземлился следом за Сашей, вновь хватая последнего за шиворот.
— кто, блять, забрал?
— я, я не знаю
стонал блондин.
— сука!
рявкнул старший, отталкивая доктора на пол.
— давай так.
блуждая потерянным взглядом по комнате, начал Володя, выставляя руку перед другом.
— ты к желтому, а мы начнем Казать шерстить.
ВЫ ЧИТАЕТЕ
из тени || Жёлтый
أدب الهواةЗимние, декабрьские вечера пролетали незаметно: кошмары невыносимо мучили, и даже снотворное не всегда помогало. Близилась ещё одна годовщина со смерти родителей; кладбище словно само звало - пройти к заснеженным крестам, посидеть на замёрзших лавка...
