Падение

10

Время словно остановилось.

Джисон не знал, что ему делать дальше. Он больше не чувствовал под ногами опоры, ощущая себя слепым котёнком, обречённым погибнуть в этом жестоком мире. Для чего? Для кого ему теперь жить дальше?

Хан всегда понимал, что однажды мать умрёт. Но никак не ожидал, что это случится так скоро. Так внезапно. Он не знал, куда податься. Месть не состоялась. Да и теперь Джисон наконец осознавал, насколько глупым и безрассудным было его решение вернуться на Землю. Пусть внутри него и скрывалась огромная сила, сейчас он был ничтожно слаб. По-настоящему слаб. Он не смог бы противостоять ангелу, даже если бы вложил в удар всё, что имел. Не появись Минхо вовремя, Хан, скорее всего, уже был бы мёртв.

Но так ли это плохо? Всё, что он чувствовал сейчас, — боль. Ничего, кроме боли. Она была повсюду. Ею пропитался воздух. Она текла по венам вместо крови, с каждым вдохом становясь только сильнее. Это была та боль, от которой невозможно избавиться. Та, что навсегда остаётся внутри, сколько бы времени ни прошло.

Боль утраты.

И, сидя на огромной кровати посреди Ада, Джисон впервые по-настоящему осознавал, что на Земле больше не осталось человека, который всегда был бы на его стороне. Который никогда не осудил бы его. Который ждал бы его дома. Этого человека у него отняли. Отняли безжалостно. Отнял сам грёбаный Бог.

Сможет ли Джисон когда-нибудь пойти против Него? Он невесело усмехнулся собственным мыслям. Какой-то ангел едва не убил его за считанные секунды, а он уже думает о мести тому, кто, возможно, создал весь этот мир.

Самонадеянно. До смешного.

Джисон либо окончательно сошёл с ума, либо действительно стал самоубийцей, раз всерьёз допускает подобную мысль. И сейчас он всё больше склонялся ко второму.

Когда теряешь человека, который был для тебя целым миром, собственная жизнь вдруг начинает казаться удивительно пустой. Бессмысленной. Впрочем, умереть он всегда успеет. Так есть ли смысл торопить неизбежное?

К тому же, возможно, Сонджин всё-таки была не единственным человеком, которому он по-настоящему дорог.

— Хватит мельтешить перед глазами.

Мечущийся из стороны в сторону Минхо уже начинал раздражать. Демон без конца кусал губы, тяжело вздыхал и не мог усидеть на месте. Услышав голос Джисона, он остановился, ещё раз шумно выдохнул и буквально рухнул в кресло, запустив пальцы в волосы.