Всю дорогу девушка обдумывала слова Минхо. Да, он был определенно прав. Если в ее жизни и появились Хорхе с Брендой, то это не значит, что с ней теперь все хорошо. Нет, конечно нет, Адриана до сих пор чувствовала одиночество и тоску. Как бы не старались понять и помочь Бренда и Хорхе, у них все равно получалось очень плохо. Для того, чтобы понять Адриану, нужно пережить тоже самое, прожить в точности так же, как она. Это не значит, что она давит на жалость такими словами. Жалость - это самое последнее, что хотела бы видеть Адриана на лицах своих друзей. Жалость - это самое унизительное чувство, которое разъедает все важные органы от унижения и стыда. Просто иногда людям надо объяснять, по каким или иным причинам они не смогут помочь ей. Тоже самое с Минхо. Он вроде бы и хочет помочь, в его глазах видно, а вроде бы и притворяется глупым, не понимая на что он идет. Мало того, что он просто проигнорировал тот факт, что Адриана была шизом. Если бы он был умнее, то понял бы, что что-то ни так и проговорился друзьям, которых на следующий день и след простынет.
Почему он проигнорировал слова о шизе? Почему он пытается помочь ей? Почему ему вообще не все равно на нее? Ей бы было намного легче, если бы этот кретин забыл ее и не вспоминал вовсе.
–О чем думаешь? –прервал ее раздумия Минхо.
–О том, как бы побыстрее выкинуть тебя из окна.
–Пф, колючка, –пробубнил Минхо.
Иногда он такой ребенок. Видимо, взросление никак не уничтожило ни одной его детской привычки, к сожалению.
–Слушай, а расскажи-ка мне о лабиринте, мне очень интересно, как вы там жили, –неожиданно даже для самой себя спросила Адриана. Минхо на ее вопрос резко поднял глаза и подвинулся поближе к водительскому креслу.
–Мы там пробыли три года. В Глэйде я был бегуном; это была самая ответственная профессия, потому что главная задача у бегунов была выжить и найти выход из лабиринта. Были также строители, мясники, медаки и так далее. Я прибыл в Глэйд четвертым, до меня приехали Алби, Ньют и Галли. Новички обычно приезжали раз в месяц, и в честь них мы в день прибытия устраивали вечеринки, где веселились, болтали, танцевали, стараясь отвлечься от всех ужасов нашего положения. Так мы и прожили три года, идя бок о бок с каждым глэйдером, потому что мы были семьей. После приезда Томаса все изменилось. Он убежал в лабиринт, спасая мою и Алби жизнь, где мы потом провели ночь. Потом он нашел ключ в логово гриверов, аргументируя, что это может помочь нам выбраться. Некоторые были очень благодарны Томасу за важные находки, а кто-то был крайне недоволен, к примеру Галли. Потом, через несколько дней на Глэйд напали гриверы и утащили большее количество наших друзей, тогда погиб и Алби. После этого болагана Томас решил, что неприменно хочет все вспомнить, поэтому вколол в себя жало гривера. Мы же потом вкололи ему вакцину, прибывшую из лифта, вместе с Терезой. Он очнулся и все вспомнил, ну, почти все. Потом мы решили сбежать, а Галли хотел нам помешать. Мы не остановились и сбежали в лабиринт. Конечно, не все согласились идти с нами, но это уже не наши проблемы. Вот и все.
