Глава 25
Вика
Руслан останавливает машину совсем не в центре города, как я этого ожидала. Мы, скорее уж, на окраине, и добирались сюда добрых сорок минут.
– Выходи. Или тебе особое приглашение нужно?
Я нехотя выбираюсь из тачки. Совсем не голодная, если честно. Да и как-то угнетает меня то, что брякнула про борщ и маму, поэтому всю дорогу я сохраняла молчание и не смотрела на Руслана. Мне не хотелось увидеть в его взгляде жалость или ехидство. И вообще – лучше было бы вернуть наши отношения в привычное русло тычков и насмешек.
Мажор обходит машину и, взяв меня под локоть, ведёт к одноэтажному зданию слева. Здесь несколько зданий в одном стиле. Два высоких – этажей в восемь, и одно одноэтажное.
Наконец я вижу вывеску с названием. «Hotel Spa Restaurant». Английским я владею, но раз уж изображаю нищенку, то разыгрываю негодование.
– Хо-тэ-л? – читаю по слогам первое слово. – Ты привёз меня в мотель? Серьёзно?
Притормаживаю и вырываю локоть из захвата его пальцев. Руслан закатывает глаза.
– Я привёз тебя в ресторан с отличной домашней кухней, – говорит он обречённо, явно подавленный моей безграмотностью. – Но если ты хочешь, мы, конечно, и в мотель можем завернуть. Ты только попроси, крошка!
Он поигрывает бровями, а я и смущаюсь, и одновременно горю желанием ударить его. Ну или послать так далеко, что он не сразу найдёт дорогу обратно. Однако отвечаю ровным голосом:
– Оо… А ты уже хочешь затащить меня в койку?
На удивление, мой вопрос колеблет самоуверенность Гуреева, и он отвечает с некоторой заминкой:
– Почему бы и нет?.. Пока не знаю, в общем. Я как-то об этом ещё не думал. Но если ты настаиваешь… – окидывает меня заигрывающим взглядом, вновь взяв себя в руки. – То я, конечно, могу подумать над столь пикантным предложением. Нищенок у меня ещё не было.
Моё желание сбывается, я всё-таки бью его. Сжав кулак, вмазываю по плечу. А оно оказывается каменным…
– Ай! – тут же трясу рукой от прострелившей боли.
Чёрт! Почему так больно-то?!
– Видишь, Вика, к чему приводит твоё непослушание, – цокает языком Руслан. – Покалечиться можешь, дурочка!
Даже это обзывательство звучит подозрительно ласково. Я не успеваю отреагировать, как Руслан вновь хватает меня за локоть и тащит ко входу в ресторан, который и занимает это одноэтажное здание. Заталкивает меня внутрь, и мой нос тут же наполняется изысканным ароматом еды.
На самом деле есть я хочу, хотя до этого момента думала, что нет.
Иду за Русланом к столику возле окна. Мы садимся друг напротив друга, и он раскрывает меню перед собой. Тут же подзывает официантку и делает заказ на своё усмотрение. Потом смотрит на меня.
– Вообще-то, моя мама тоже готовила отменный борщ, – говорит ровным голосом.
И сейчас он заказал две порции борща…
Руслан больше ничего не говорит, лишь удерживает мой взгляд.
Чёрт… Ладно… Была не была! Когда-то же мы должны поговорить как нормальные люди. И я решаюсь начать.
– Отчего твоя мама умерла? Давно?
– Болела, – он вяло пожимает плечами. – Прошло уже больше десяти лет. А твоя?
– Автокатастрофа, – отвечаю охрипшим голосом.
Вновь оба замолкаем. Руслан отводит взгляд к окну, а я стискиваю край свитшота под столом так сильно, что пальцы наверняка белеют.
Моей мамы не стало мгновенно. Его же наверняка мучилась не один год. Мне жаль его… И именно эта жалость заставляет меня проникнуться к Руслану ещё больше…
Наверное, я даже к нему привыкла немного. По большей степени он ведёт себя просто ужасно, но ведь его таким сделали обстоятельства, верно?
– Мой отец не говорил мне о её смерти до того момента, пока мне не исполнилось восемнадцать, – неожиданно продолжает Руслан, не глядя на меня. – Типа чувства мои берёг. И я всегда думал, что мама просто ушла от него и забыла про нас с братом. У моего отца странные методы борьбы с болью… Но знаешь, что я тебе скажу?
– Что?
Руслан переводит взгляд на меня.
– Он оказался прав: когда я узнал правду, мне было совсем не больно. Знаешь, что я почувствовал?
– Что? – внутри меня всё холодеет, потому что я знаю ответ.
– Ничего, – отрезает Руслан. – Я ничего не почувствовал, Вика. Поэтому жалость в твоём взгляде лишняя! Это понятно?
Он злится… Почему он злится? Потому что такого крутого парня нельзя жалеть?
Да пошёл он к чёрту тогда!
– Понятно, – бросаю я.
Откидываюсь на спинку стула и начинаю разглядывать свои пальцы, чтобы спрятать взгляд. Подушки стёрлись оттого, что я работала шкуркой второй день подряд. Маникюра тоже нет. Под ногтями грязь. Да уж… Такого у Вики Юсуповой никогда не было.
Вскоре нам приносят борщ. От него потрясающе пахнет. Милейшая официантка расплывается в улыбке и желает нам приятного аппетита. Мы с Русланом молча берёмся за ложки.
Борщ действительно похож на домашний, такой, как готовила мама. Я с наслаждением съедаю всю тарелку за несколько минут. Руслан тоже быстро расправляется со своей порцией. Он промокает губы салфеткой и с задумчивым видом обращается ко мне:
– Вот смотрю я на тебя, эмо… Если бы не синий цвет твоих волос и небрежная укладка, ты была бы похожа на благополучную девушку из состоятельной семьи. Прямая осанка, поза, в которой сидишь, да и вообще всё поведение в ресторане… Нищенка вертела бы головой, разглядывала внутреннее убранство, а ты… Тебе словно совсем не интересно, куда тебя привели. Словно ты бывала в подобных местах и раньше. Всё это вызывает диссонанс во мне.
У меня второй раз за последние полчаса холодеет внутри. Однако, довольно быстро справившись с этой реакцией на его слова, я невозмутимо осматриваюсь по сторонам и вяло пожимаю плечами.
– Здесь красиво, да. Но я не доставлю тебе такого удовольствия, Руслан, начав хвалить ресторан, в который ты меня привёл.
– Ясно, ты нищенка с ярко выраженной гордостью, – хмыкает парень. – Ладно… Кофе будешь?
– Я пью кофе только по утрам, но не откажусь от чая.
Руслан вновь ухмыляется и подзывает официантку. Заказывает два чая. Напитки нам приносят довольно быстро, через каких-то пять минут, и всё это время я беспокойно ёрзаю на стуле.
Меня немного задели слова Руслана. Не то, что он называет меня нищенкой – это меня как раз не трогает. А то, что он увидел во мне Викторию Юсупову, просто пока не понял этого.
Выпиваем чай, Руслан расплачивается за обед, и мы наконец покидаем ресторан. Садимся в машину.
– Спасибо, – говорю я, бросив взгляд на парня.
Руслан отвечает не сразу, но потом я слышу его «пожалуйста» и поворачиваюсь к нему. Оказывается, он тоже смотрит на меня.
Мы сегодня вообще как-то больно много разговариваем глазами. И наши взгляды явно общаются намного лучше, чем мы сами. Но тут мажорчик расплывается в ехидной улыбке:
– Ну что? По шопингу? Выберем тебе самое красивое платье для беременных!
– Вообще-то, я не соглашалась на платье.
– Но тебя ведь никто не спрашивает, эмо! – подмигивает мне Руслан.
Заводит мотор, плавно трогается с места. Не знаю, что так действует на меня – вкусный борщ, напомнивший о маме, или я представила себя с подушкой на животе и в платье для беременных… Но я вдруг неожиданно широко улыбаюсь. Руслан это замечает. И хотя машина уже вовсю едет, он надолго прилипает к моему лицу внимательным взглядом.
