Шрамы раненных душ

25

Неделю спустя

Аида

Холода двигались всё ближе и ближе, от чего нéкогда солнечная погода сменялась на дождливую, такую как сейчас. Мелкий дождь барабанил по окнам, создавая собственную мелодию, грустную или весёлую известно лишь творцу, но эта музыка заставляла задуматься, иногда забыться или даже обрадоваться. Я медленно погладила живот, холодная ладонь вызвала мелкую дрожь по всему телу, животик покрылся мелкими мурашками. Они слегка лишь округлился, а в остальном я не видела никаких изменений. Мэд тоже ещё не увидел ничего необычного...

Я запрокинула голову назад и прикрыла глаза. Как об этом сказать? Мысли о признание не покидали меня, но что-то внутри болело, резало душу и заставляло молчать, точно правда которую знала я, отличается от той, что есть для Мэддока. Раскрыв глаза, медленно встала и направилась на кухню, на голодный желудок и мысли здравые не идут. Рыская по холодильнику, морозилке и всем что можно полочкам, я по нескольку раз разглядывала в одни и те же места, в надежде, что там появиться, что-то новенькое, будто до этого там не лежали только мука да сахар.

В очередной раз разглядывая замороженные ягоды и надеясь, что они растаять за секунду, я достала холодную, покрытую тонким слоем льда упаковку, бросила её на столешницу и вдруг услышала стук. Весь день я была одна, никто не писал и не звонил, Мэддок говорил, что не знает во сколько вернётся, а тут неожиданный стук. Сердце сжалось, я быстро перехватила нож и ринулась к двери. Медленно проворачивая замок, я всё её продумывала план куда пырнуть неизвестного, но вместе с тем и думала куда бы так упасть, чтобы не повредить череп. Как только деревянная распахнулась, я увидела Данте, он держал в руках около шести пакетов, а за его спиной мельтешили яркие, рыжие, точно солнце волосы. Единственный, кто это мог быть - Кьяра. Она недовольно бормотала, возмущаясь, что Данте закрыл ей весь обзор своей спиной. Тот лишь ухмылялся, но всё же уступил и прошёл в дом.

– Встречай, хозяйка, тебе еды мы привезли, - Данте выглядел таким счастливым и радостным, что у него не было сил держать себя в руках, от чего он сжал меня в крепких, братских объятиях. - а ножик убери, нападать на нас не стоит, мы к тебе с миром.

Я стала разбирать пакеты, попутно разговаривая с гостями. Кьяра, сидевшая на столе и попивая колу из банки, жаловалась на Сью, которая ни в какую не хотела отлипнуть он своего нового друга, говорила лишь о нём и никак не могла понять, что он ей не пара.