Уже минут двадцать Батыр с нарастающей паникой наблюдал, как рисовал Май. Ровные, спокойные мазки изумрудно-зелёной акварели ложились уверено по всему холсту. Но Майка рисовал не то, что задумал для перформанса «Зелёная тишина». Что-то совсем другое! Похоже, что его любимый мальчишка сейчас находился «в потоке» и знал, что делает. Но как же это пугало.
В огромном помещении почти не было света — лампы лишь над столами художников. Вокруг максимально тихо, только по мраморным плитам шаркала обувь посетителей, что молча бродили меж столов участников, да перешёптывались члены съемочных групп. Среди них и Андрей с камерой. Винки рядом с ним, помогал.
Они всей командой находились в Севастополе, на Арт-лайф-фестивале современного искусства. Май, как и ещё несколько художников из других регионов, получил личное приглашение автора перфоманса Кен Хонг Леунга из Китая. Май полгода готовился и к этому фестивалю, и к перформансу. А теперь вдруг решил поэкспериментировать?
«Что он рисует?» — в который раз мысленно вопрошал Бат, украдкой оглядываясь по сторонам. Вокруг художники творили каждый своё зелёное безумие. У столов на несколько секунд замирали посетители и с многозначительным видом, словно узрели истину, шли дальше. Андрей за камерой откровенно скучал, пряча зевок в кулаке.
А Май писал, словно создавал свою маленькую вселенную. Бат стоял сзади, охраняя друга. Рядом с ними сидел Нок, тоже не отрывая взгляда от кисти Мая. Иногда обновлял воду в стаканчике художника, подавал запасные кисти.
И тут Бат сообразил, что именно рисует Майка — две вывернутые ладонями вверх кисти. Изломанные пальцы и несколько зёрнышек в руке. Часть их просыпалась вниз.
Май неожиданно обернулся к Ноку и что-то прошептал. Тот нервно полез в пеналы, что лежали на коленях, и вытащил ручку для каллиграфии, с плоским пером, следом баночку зеленой туши. Май благодарно кивнул и под сохнущим рисунком побежали слегка пляшущие строки:
«Крылатое счастье не против поклевать зерна с вашей руки. Не нужно ловить. Нужно просто не гнать».
«Выпендрёжник», — с облегчением улыбнулся Бат.
Напряжение спало — Май почти закончил работу. Сейчас ещё обработает карандашами контуры, и можно идти домой.
ВЫ ЧИТАЕТЕ
Белая обезьянка. Повесть с привкусом лакорна
Ficción GeneralКогда за признание в своих чувствах получаешь по морде и с разбитой головой падаешь в грязь. Когда за желание быть рядом слышишь «Просто уйди на хер!». Что остаётся? Лишь утонуть в своём горе... А может, найти в себе силы жить дальше? И попытать сча...