Душа дракона

Season 4. Episode One: Flames and blood

«Все люди грешны, учат нас отцы Веры. Даже величайшие короли и благороднейшие рыцари, уступая гневу, похоти или зависти, совершают порой поступки, пятнающие их доброе имя. С другой стороны, любовь и сострадание живут даже в самых черных сердцах, и самые порочные мужчины и женщины могут порой совершить что‑то хорошее. Мы таковы, какими нас создали боги. Сильные и слабые, хорошие и плохие, добрые и жестокие, герои и себялюбцы. Да будет это известно всякому, кто поставлен правителем над людьми»

***

Я сидела в своих покоях, устроившись на мягком кресле у окна, обитом тёмно-синим бархатом, и наблюдала за Рейкаром. Мой маленький сын, с его серебристыми локонами и серыми глазами, полными детской радости, сидел на толстом шерстяном ковре. В руках он держал деревянного дракона – игрушку, вырезанную Деймоном из тёмного дуба, с искусно выточенными чешуйками и крыльями, которую Рейкар заставлял "летать", издавая смешные звуки. Его звонкий смех разливался по комнате, отражаясь от каменных стен, и создавал иллюзию безмятежности, будто война и тревоги остались где-то далеко за пределами этого уютного уголка.

Рядом с ним копошился его дракончик, совсем недавно вылупившийся из кладки Сиракс, которую Деймон обнаружил в глубинах Драконьей горы. Маленькое создание было великолепным: золотая чешуя переливалась в свете свечей, словно расплавленное золото, белые рога торчали, как крохотные короны, а серебристые перепонки крыльев дрожали, когда он неуклюже тянулся к Рейкару. Их связь уже чувствовалась – тонкая, но нерушимая нить, что соединяла всадника и дракона с рождения. Но Рейкар, смеясь, отодвигался от него, предпочитая деревянную игрушку, которая не пыталась лизнуть его своим шершавым языком.

— Он такой славный, – сказала Айрис, моя служанка и доверенная подруга, стоявшая у камина. Её тёмные волосы были аккуратно убраны под чепец, а мягкая улыбка озаряла её лицо, пока она смотрела на Рейкара. — Кажется, он ещё не понимает, какая честь ему выпала – иметь своего дракона с таких лет.

— Да, – ответила я, улыбнувшись в ответ. Моя рука лежала на подлокотнике, пальцы теребили кольца. — Он слишком мал, чтобы осознать это. Для него пока важнее игрушки и игры.

Но даже этот тёплый момент не мог заглушить тревогу, что грызла меня изнутри. Прошёл день с тех пор, как Джекейра и Люцера улетели с посланиями, и вечер уже опускался на Драконий Камень, окрашивая небо в багровые и фиолетовые тона за окном. От Джекейры пришёл ворон с вестью – она была в безопасности, её миссия продвигалась. Но от Люцеры не было ни слова. Штормовой Предел так близко – она должна была вернуться ещё утром, и её молчание сжимало моё сердце холодной рукой.