Душа дракона

Season 6. Episode 1: Pain and rage

Деймон Таргариен

***

Деймон летел над Черноводным заливом, где солёный ветер, пропитанный запахом моря, хлестал его по лицу, выбивая дыхание. Караксес рассекал небо мощными взмахами крыльев, чья красная чешуя, пылающая, как раскалённая лава, сверкала в лучах солнца. Его длинная шея изгибалась, глаза, жёлтые, как расплавленное золото, горели голодом полёта, а крылья поднимали вихри в воздухе. Сидя в седле из валирийской стали, обтянутым чёрной кожей, он ощущал жар тела дракона, согревавший его в холодном небе. Его серебристые волосы растрепались от ветра. Драконий Камень, с его чёрными башнями и тёмными залами, остался позади, растворяясь в тумане, а залив внизу, чёрный и пенистый, сверкал, как обсидиан. В груди Деймона шевельнулась тревога, как тень, которую он не мог поймать. Он списывал её на беспокойство за Нису и Рэйкара, оставшихся без его защиты в замке, но что-то подсказывало ему, что дело глубже – предчувствие, которое он не мог объяснить.

Путь вёл его к Западным землям, и Деймон выбрал маршрут через территории, верные дому Таргариенов, или нейтральные, избегая владений, где шпионы Эйгона могли заметить Караксеса. Его алая чешуя была слишком приметной, а рёв, подобный грому, разносился на мили. Деймон не мог позволить вестям о своём передвижении достичь Королевской Гавани. Первый день полёта пролегал над холмами Долины, где зелёные луга, усеянные полевыми цветами, сменялись каменистыми склонами, поросшими редкими кедрами. Караксес скользил низко, над кронами деревьев, чтобы тени скрывали его от любопытных глаз. Каждый взмах его крыльев поднимал вихри листьев, а жар его тела, словно раскалённая печь, согревал Деймона, чьи пальцы сжимали поводья.

К ночи они опустились в густой лес, где высокие сосны, пахнущие смолой, создавали плотный полог, укрывая от посторонних взглядов. Деймон избегал постоялых дворов – слишком много болтливых языков, готовых продать слухи за пару медяков. Разведя небольшой костёр, он прислонился к шершавому стволу, а Караксес свернулся рядом, его чешуя тускло поблёскивала в отсветах пламени. Глаза дракона следили за хозяином, словно он чувствовал его беспокойство. Деймон пытался прогнать тревогу, вспоминая Нису – её мягкую улыбку, голос, способный укротить его бурю. Но мысль о том, что он оставил семью на Драконьем Камне, без его меча и дракона, жгла, как раскалённый уголь. Что, если Хайтауэры воспользуются его отсутствием? Деймон стиснул рукоять Тёмной Сестры, пристёгнутой к поясу, и закрыл глаза, но сон не шёл.