Песня уже спета | Том Каулитц

Part 6

                    Год спустя...
                          Лили
Испанская музыка, плакаты для примера и качающий бит блуждали в голове, пока я пила капучино на кресле.
В тату студии было несколько человек, которые били тату неизвестного происхождения.
Мой мастер пришел спустя некоторое время. Он был накаченным, насколько помню, ему двадцать один год и он имеет милые веснушки по лицу.
– Лили, привет!–широко улыбнулся Макс.
– Макс, приветик!–улыбнулась я.
– Не узнал тебя! Ты перекрасилась?
– Да, в более темный цвет.
– Что ж, пошли?
– Да, конечно.
Я встала с кресла и мы прошли в комнату, где делают тату. Было несколько людей, которые либо лежали либо сидели.
Я села на продленное кресло и выставила правое запястье на ноги Максу.
– Что будем делать?
Одной рукой я протянула телефон с буквами:
– Сможешь сделать инициалы "T.K." на запястье?
– Да, подожди.
Инициалы Тома. Сегодня ровно год, как его нет, и я решилась идти к нему на могилу. Приехала я вчера с Лейпцига и оставила дом Георгу.
Макс на принтере распечатал инициалы маленьким шрифтом и приложил к моему запястью.
Когда кожу обработали, то парень стал делать работу, полностью погружаясь в свое дело.
– Многое изменилось здесь?–спросила я, откидывая голову назад.
Каждые два месяца я приезжала в Сан-Диего для того, чтобы посмотреть как развивается мой бизнес. Завтра будет открытие, и осталось только прикрепить название.
– Неа. Все по старому.
Я пыталась успокоиться от того, что мне очень больно, но терпеть все равно нужно.
По большей части мы просто молчали. Я раздумывала о том, как увижусь с Сарой и в первый раз увижу ребенка подруги.
Но только до родителей я не ездила, потому что они просто не желали видеть меня.
Почти ничего не изменилось спустя год, все действительно осталось по старому.
– Ай, больно!–послышалось с другого кресла от парня.
– Да потерпи ты! Уже заканчиваю!–ответил мастер.
– Она у меня героиня,–улыбнулся  Макс, переводя взгляд на меня,– Тебе же больно, почему ты молчишь?
– А что от этого изменится?
Пять месяцев назад я набила на плече большую татуировку в виде звёздочки, и мотивация этого тату послужила от Тома.
Когда же мастер закончил, то наклеил на тату пленку и встал со стула. Все же я ощущала жжение вокруг татуировки, но настроение было хорошим. Несмотря на то, что Макс снова пытался позвать меня на свидание.
– Может сходим куда нибудь?
– Извини, занята сегодня.
– Твое сердце занято?–спросил он, не расстроившись на отказ.
– Разбито.
В нем навеки остался Том.
Я вышла из тату салона и оседлала свой новый байк. Каждый день я занималась гонками, но по большей части только в Сан-Диего, ведь в этом городе самые большие ставки от людей.
Ещё я начала ходить в секцию по самообороне, и это очень помогло. Я стала защищаться от насильников, которые жаждали каждую попавшуюся им на глаза.
Пролетая по улицам, мне нравилось кататься на мотоцикле. Ведь это нравилось Тому. Из Лили я превратилась в Пуму. Когда то я сама ругала Тома за то, что он занимается гонками, но теперь стала заниматься сама. Ведь это был азарт, адреналин и лёгкие деньги. Никто на гонках не знал моего настоящего имени. Все называли меня пумой и боялись идти со мной на полосу. Даже Черный дракон, который раньше всех обгонял.
Так я и жила на два города без целей. Никого не впускала в свое сердце. Любовь меня заменяла скорость.
Я припарковалась возле ворот кладбища. Медленно и аккуратно шла по мокрой земле от дождя. Было пасмурно. Я прошла несколько метров, когда увидела четыре могилки в один ряд. Могилу Тома и Билла украсили плиткой, цветами и разными конфетами. Я посмотрела в глаза Тома на плитке и на дату. Том, ты погиб прямо в свой день рождения.
Я слегка дотронулась до плитки с его фотографией и рассмотрела ее. Взяв из сумки любимые конфеты Тома, положила их на землю, закрывая глаза.
На душе стало тяжело, а слезы не могли остановиться. Я быстро встала с корточек и последовала к мотоциклу, все больше задыхаясь от нехватки воздуха.
Я опять села на байк и уехала. Я не смогла продержаться там и пяти минут.
Родная улица, родные дома, родные люди. Постучавшись в дом Сары, я отошла на несколько сантиметров и с тревогой внутри стала ждать подругу.
Дверь открылась и посмотрев на Сару, улыбнулась.
– Лили?!–засмеялась подруга.
Я подошла к подруге и очень крепко обняла ее. Так крепко, что думала нафиг задушу.
– Сара, как ты изменилась!
– А ты покрасилась?! Лили, ты превосходно выглядишь!
С комнаты послышался плач ребенка. Сара прошла в зал и я вместе с ней. Увидев ее ребенка я улыбнулась. Сара взяла его на руки и стала успокаивать, когда он уснул на ее плече.
– Он такой милый.–прошептала я.
– Ты действительно изменилась.
– Ты тоже.
– Гонками занимаешься?
– Занимаюсь,–отрезала я, когда Сара положила ребенка в колыбельную.
– Я слышала, что Рина замуж выходит!–удивилась Сара.
– Правда? За кого?
– За Дэйва.
– О Господи. Рада за них. Но она ведь в Лос-Анджелес хотела уехать, нет?
– Из за Дэйва не уехала. Видимо сильно любит.
Мы сели за стол и Сара начала делать чай.
– Совет им на любовь.
– Какой там совет. Из за этой свадьбы отец на меня давит. Говорит, пора тоже замуж выходить, а не макияж людям делать. Это ужасно бесит!
– Твой отец хороший человек, но у него другой взгляд на жизнь. Понимаешь?
– Понимаю. Хочу свой салон открыть! Завтра будет первая практика после теории. Ты сможешь помочь мне? Будешь моей моделью.
– Хорошо. Кстати, через несколько дней Георг приезжает. Он хочет на кладбище к Тому сходить. Да и с вами повидаться.
– Ох, тогда, буду ждать его.
Мы пошли в комнату и включили фильм.
– Кстати! Рина ещё и беременна! Сама на меня говорила, а сейчас ребенка от Дэйва ждёт.
– Боже, почему в последнее время все стали ребенка иметь?
– Не знаю,–улыбнулась та.–Покатаешь меня на своем мотоцикле после работы?
– Конечно,–ответила я.
Уснула я в другой комнате, все также вспоминая Тома.