доверься

42

Пэйтон издал приглушенный звук, который я истолковала, как неожиданное согласие. Затем пальцами одной руки обхватила его затылок, а второй обняла за шею и осторожно провела своим языком по его.

Стон Пэйтона отозвался во всем моем теле.

Господи, я хотела его. Так, как не хотела никого другого в своей жизни.

Мы вместе ввалились в номер, и он захлопнул за нами дверь. Потом на мгновение оторвался от моих губ, чтобы посмотреть на меня. Его глаза стали темнее, чем когда-либо, и в них не было ничего, кроме страсти и чистого желания. Мое сердце колотилось так сильно, что содрогалось все тело. Уже в следующую секунду Пэйтон держал мою голову и целовал, пока у меня не закружилась голова. С него соскользнула шапка, но ему было все равно.

Мне хотелось чувствовать Пэйтона, исследовать его кожу, поцеловать каждую его татуировку. Но для этого на нем было слишком много одежды. Чересчур много. Проведя руками по его спине, я схватилась за низ его рубашки. В мгновение ока стянула ее через его голову и небрежно откинула в сторону. Затем нежно поцеловала его грудь, из-за чего он тихо выдохнул. Я отстранилась и внимательно осмотрела его тело.

У него было все то же телосложение, каким я его запомнила. Но в этот раз можно было смотреть, не таясь, и без стеснения прикасаться к нему. Мышцы Пэйтона напрягались, пока я касалась его торса сначала робко, затем все смелее. Задержавшись чуть дольше на животе, я задумалась, стоило ли опускаться ниже. А почему, собственно, нет?

— Господи, Элли, — внезапно выпалил Пэйтон, зарываясь пальцами мне в волосы. Откинув мою голову назад, он снова начал меня целовать. Его язык нежно и в то же время яростно сплетался с моим. Все мое тело покалывало от интенсивности ощущений, а ноги стали ватными. Казалось, Пэйтон чувствовал то же самое, потому что, обняв меня за талию, на шатких ногах направил нас в сторону кровати. Наш поцелуй прервался, когда он упал на постель, распластав меня на себе. И вот, я сидела верхом на нем, и меня совершенно не смущал тот факт, что под халатом на мне ничего не было.

Пэйтон посмотрел на меня из-под полузакрытых век, затем пробрался под мягкую ткань и прикоснулся к моей голой коже. Он гладил мои бедра вверх-вниз, посылая дрожь по всему телу. Поставив одну руку на кровать возле его головы и склонившись над ним, я поцеловала его в колючую щеку, затем опустилась к шее, где задержалась подольше, пока из груди Пэйтона не вырвался низкий звук.