Глеб:
Темно. Сыро. По бетонным стенкам стекает вода и оседает на грязном полу, сразу впитываясь. Кое-где слышен писк мышей или крыс, но это меня сейчас мало волнует.
Сильно знобит, трясутся руки, жуткий насморк; в руках держу свой старый исписанный блокнот и ручку. Расписываю все мысли, которые приходят в голову, чтобы не закрыть глаз и не уснуть.
Вспоминаю, как руки Крафта касались Аниной талии, и как её пухлые губы прижимались к парню. Чувствую нарастающий мандраж и спешно шарю по карманам в поисках сигарет.
– Эй, бро, давай быстрее! - ворчит парень, сидевший в другом углу грязного подвала. Его дружок, закатывает ему рукава и принимается вонзать шприц в вену - сейчас ему станет легче. Лучше.
Затягиваюсь сигаретой, и пишу текст, который приходит в голову. Телефон разряжен, я без средств связи - оно к лучшему.
Если я умру в этом сыром подвале - после меня останется текст.
Аня:
Просыпаюсь и сразу же чувствую головную боль. Слышу как мама капошится на кухне, и уже предвкушаю резко открывшую дверь, крики, мол «быстро вставай, сколько можно лежать, бестолочь», но в комнату никто не врывается, не вздыхает, стоя над моей кроватью, и все словно забыли про моё нахождение здесь.
Первым делом, достаю телефон и проверяю наличие сообщений или звонков, но всё пусто. Точнее, сообщения есть, но не от Глеба. От парня ни слуху, ни духу, и я просто не представляю где его искать.
Встаю и наспех накидываю на себя теплый, махровый халат, и выхожу из комнаты.
Мама что-то делает у плиты, слушая новости из телевизора.
Плетусь в ванную, умываюсь - невыспанный вид, небольшие синяки под глазами - доказательство того, что мне не всё равно. Что эта ситуация выбила меня из колеи, и что я чертовски переживаю.
Выйдя из ванной, натыкаюсь на брата - его вид не лучше, и кажется, он переживает за друга сильнее, чем я предполагала.
– Доброе утро, доченька, - говорит мама, когда я захожу на кухню.
У меня есть пятнадцать минут на завтрак, но кусок в горло не лезет - пью пустой чай, заливая в желудок хоть что-то.
Ден съедает небольшой бутерброд, а затем предупредив, что ждет в машине, выходит из дома.
– Анечка, что случилось? - спрашивает мама, садясь на стул, и смотря на меня.
– Всё нормально, не переживай, - отвечаю я, стараясь натянуть на лицо улыбку.
– Я же вижу. И ты, и Денис - оба какие-то взвинченные.
Вздыхаю - не хочу давать ей повода для переживаний. Прям как в детстве, чтоб мама не волновалась, я расскажу ей всё, что на душе. Но обычно, это приводит только к худшим последствиям.
– Глеб пропал, - говорю я, и встаю со стула, чтоб сразу уйти, если она начнет говорить о том, что так ему и надо.
– Как пропал? В смысле? - удивляется мама, махая головой.
– Вот так. Последний раз его видели в субботу вечером. А уже вторник, - вздыхаю я, – Извини, мне пора на учебу.
Пододвигаю стул к столу и направляюсь в свою комнату.
– Анечка, стой! - окликает меня мама, и подходит ближе, – Вам обязательно нужно обратится в полицию. Это не шутки.
Киваю головой. Я знаю, что нужно. Знаю, что возможно так, он найдется быстрее. Но я так боюсь. Боюсь, что найдут его бездыханное холодное тело.
Переодеваюсь, кидаю в сумку сигареты, и попрощавшись с мамой, выхожу из дома.
Из приоткрытого окна автомобиля, в разные стороны медленно разлетается сигаретный дым.
Сажусь на переднее место, и тоже достаю сигарету.
– Как спалось? - спрашивает брат, заводя двигатель.
– Никак, - отвечаю я, прикуривая, – Ден, мама права. Нам нужно обратится в полицию.
– Я знаю, но нужно сказать об этом его маме. - раздраженно произносит он, и я совсем теряюсь.
Я совсем забыла о его родителях. Они не знают, что их сын пропал. Он уходил из дома и не возвращался туда месяцами, и это было привычным делом, но сейчас его действительно нигде нет. Что будет чувствовать его мама когда узнает такие страшные новости о пропаже её сына?
– Ден, поехали в квартиру к Глебу! - громко говорю я, – У него же сестра приехала! Вдруг она что-то знает?
– Мы были там, Ань. Ева его не видела с утра субботы, - вздыхает брат, нервно ведя машину.
– Замкнутый круг какой-то! - рявкаю я, выкидывая окурок в окно.
Сегодняшние пары прошли как в тумане. Я почти ничего не записывала, но слава Богу, этим занималась Римма, и я смогу позже у неё все переписать.
О пропаже Глеба знала уже вся его компания; Лика, Серафим, Кирилл - все они объединились и пытались найти парня, но попытки тщетны.
После пар, я как зомби, поплелась на работу. Там, удалось немного отвлечься, разговаривая с клиентами и бегая туда-сюда как сайгак.
– Ты сегодня не в духе? - уверенно спрашивает Егор, стоя на своем рабочем месте за стойкой.
– Так заметно? - вздыхаю я, садясь на барный стул, когда выдается свободная минутка.
– Ну вчера ты была немного другой, - признается парень, слегка мне улыбаясь.
– Если б ты познакомился со мной года пол назад - ты бы вообще меня не узнал, - подсмеиваюсь я.
Это на самом деле так: больше нет той наивной, глупой школьницы, которая боялась выйти из дома в восемь часов вечера, потому-что мама наругает. Она больше не «терпила» и легко даст отпор каждому, кто её хоть как то смеет задеть. А ещё она точно знает, что любовь способна как убить, так и воскресить за одну лишь секунду.
К концу рабочего дня чувствую дикую усталость - не физическую, моральную. Кажется, будто я весь день решала олимпиаду по математике, попутно разгружая вагоны.
Воткнув наушники в уши направляюсь в общежитие, пока прохладный осенний ветер обдувает моё слегка заплаканное лицо.
Захожу за общежитие, достаю сигареты, и начинаю глубоко затягиваться - глупо, но от этого действительно становится легче.
Вижу белобрысую копну волос приближающуюся ко мне, и не могу не улыбнутся - каждый раз, когда я оказываюсь здесь - Крафт тут как тут.
– Привет работникам общепита, - улыбаясь говорит Слава. Его лучезарная улыбка, по моему, никогда не сходит с лица.
– Привет-привет, - говорю я, выдыхая дым в сторону.
– Как дела? Слышал о том, что Викторов куда-то делся после того...случая, - говорит Слава, прикуривая свою сигарету.
– Верно, - соглашаюсь я, не сильно желая обсуждать эту тему.
– Пока пусто?
Молча киваю головой. Слава видимо понимает, что со мной сейчас разговаривать не стоит, поэтому увидев приближающихся пацанов, спешно отходит в их компанию.
Вернувшись в общежитие, застаю Римму спящей - видимо девушка сегодня слишком уморилась. Беру чистые вещи и иду в душ.
Теплая вода сильным потоком стекает по телу. Сползаю вниз по мокрой от воды стенке душа, обнимаю ноги, кладу на них голову - слезы катятся с глаз, будто водопад, и я не в силах больше их сдерживать.
