Unstable

chapter 32.3

Он открыл коробку, но все, что там было, так это лента. На обложке не было никаких слов - это выглядело как пустая лента видеомагнитофона.

- Я всегда чувствовала, что моя мама... наша мама, имела двойную жизнь, - объяснила я тихо. В горле застрял ком, когда я оглянулась, увидев одно из одеял, которые она сшила, или некоторые ее вещи. Я чувствовала, что должна была показать это Гарри. Он слушал, цепляясь за то, что я говорила. Он осторожно взял видеомагнитофон из коробки, чтобы внимательно изучить его, - Она никогда не рассказывала мне о моем отце. Я спрашивала ее несколько раз, я хотел знать, кто он. Но она всегда говорила мне, что было бы лучше, если бы я не знала. Ты понятия не имеешь, как сильно меня убивало то, что у меня есть отец, но я никогда не собиралась с ним встречаться, - я слегка усмехнулась, безжалостно, снова вытирая глаза.

- Я мало что знала о прошлом мамы, - продолжила я, - Она никогда не говорила об этом. Однажды она упомянула бабушку, что-то о том, как она учила ее читать, когда была ребенком. Она была одной из самых добрых людей, которых я знала... она была моим любимым человеком во всем мире, - я могла вспомнить голос моей мамы, успокаивающие эмоции, которые я получала, когда она говорила. Моя мама была особенной - она была одной из тех уникальных людей, которые могли осветить всю комнату.

Но я знала, что что-то случилось, я знала, что она что-то скрывает.

- Я видела ее синяки, шрамы, - шатко объяснила я, мой голос дрожал. Я помню, как зашла к маме, чтобы увидеть эти ужасные шрамы на ее спине. Как мог один из любимых людей, которых я знала, иметь такое ужасное прошлое? - я знала, что она что-то скрывает от меня, но до того дня, когда она умерла, мама отказалась мне что-либо говорить. Она сказала, что мне будет лучше ничего не знать, - я нервно выдохнула, пытаясь продолжить говорить, - Но я не могу не чувствовать себя обманутой. В смысле, это был мой отец. Может, ей не нравился он, но я имела право знать, кто он, хотя бы встретиться с ним, - я увидела, как глаза Гарри потемнели от этого, его челюсть стиснута, а руки, покоившиеся на его коленях, сжались в кулаки.

- Она сделала это, чтобы защитить тебя, - тихо сказал Гарри.

Значит, у нас с Гарри был один и тот же отец.

- Н-но это мой отец! - запротестовала я; слезы хлынули из глаз, скатываясь по щекам. Меня не волновало, как я выгляжу, я чувствовала, как сердце больно сжималось, - Ты не понимаешь, всю свою жизнь я жила, не зная своего отца.
 
- Она была права, - настаивал Гарри, более твердым голосом., - Будет лучше, если ты его не узнаешь.