Близость

54

Лина

Мы лежим, тесно прижавшись друг к другу и просто смотрим какой-то фильм, за сюжетом которого я уже даже не слежу. Моя голова покоится на плече у Чонгука, пока он обнимает меня за талию.
Мы оба молчим, но это совершенно не напрягает. Знаете, говорят, что настоящая близость и доверие – это когда ты можешь молчать вместе с человеком и не чувствовать себя неловко.
И, пожалуй, это именно то, что я испытываю прямо сейчас.
Мне нравится просто лежать с ним рядом, вдыхать его аромат, пропускать его через себя, позволять ему завладеть моим телом, пропитать каждую частичку своей кожи его запахом. Мне кажется, что он уже стал неотъемлемой частью меня самой.

В какой-то момент, эмоции переполняют меня настолько, что я, не сдержавшись, приподнимаюсь на локтях и целую Чонгука  в щёку.
В это мгновение, его, до сих пор расслабленные мышцы, резко напрягаются, и он переводит на меня взгляд. Спокойное, до недавнего времени, дыхание мужчины становится тяжёлым и глубоким. Его грудная клетка начинает резко вздыматься и опускаться, вместе с моей рукой, лежащей на его груди.

- Я что-то сделала не так? – растерянно смотрю в глаза Чонгуку, которые сейчас становятся гораздо темнее, чем обычно. Меня пугает его взгляд, и то, как он сжимает скулы, словно удерживая себя от чего-то.

Мысли начинают бешено колотиться в висках, заставляя меня нервничать. Он хочет, чтобы я ушла? Неужели я всё испортила, перешла какую-то запретную черту, позволила себе больше, чем может сестра?

- Нет, маленькая. Всё так, как и должно быть.

Слова брата меня немного успокаивают, и я облегчённо выдыхаю, расслаблясь в его руках. В подтверждение, он сильнее сжимает пальцами мою талию, плотнее притягивая к себе, и целует меня в висок. Слова вырываются из моего рта раньше, чем я успеваю о них подумать.

- Я люблю тебя.

На какую-то долю секунды Чонгук замирает, кажется, даже перестаёт дышать. А потом резко опрокидывает меня на спину, нависая сверху.

- Скажи это ещё раз. – брат смотрит мне прямо в глаза, пожирает душу, высасывая из неё все эмоции, копившиеся внутри годами.

- Я люблю тебя, Чонгук. – не могу не сказать. Я настолько переполнена сейчас этим чувством, что не в силах держать его в себе.

Он молчит, просто изучает моё лицо. Вижу, как его глаза мечутся, словно в какой-то панике, то опускаясь на губы, то возвращаясь обратно к глазам. Чувствую, как начинают плавиться внутренности, от ощущения близости его тела к моему. Перевожу взгляд на его руки, которыми он упирается в подушку по бокам от моей головы. Кажется, каждый мускул на них напряжён. Чётко прочерченные вены, вздутыми линиями проходят вдоль предплечья. Я снова чувствую эту ноющую боль в груди. Соски твердеют и отчётливо выпирают через тонкую майку. Я понимаю, что Чонгук  это замечает, потому что, опустив взгляд на мою грудь, уже не отводит его в сторону. Вижу, как дёргается его правая рука, словно он хочет что-то сделать, но в последний момент останавливается.
Брат опускается ниже, опираясь на локти, и замирает в миллиметре от моих губ. Чувствую, как он сжимает в кулаки подушку вокруг моей головы, как тяжело дышит через нос, дотрагиваясь своей грудной клеткой до моих чувствительных сосков. Клитор снова начинает болезненно пульсировать. И в этот момент я опять вспоминаю свой сон. То, как он целовал меня, как лизал моё горло, трогал меня между ног и вводил палец внутрь. Я пытаюсь отогнать эти видения, вырвать их из своей головы, но ничего не получается, когда Чонгук так близко. Я не могу избавиться от мысли о том, что мне хочется, чтобы он сделал это со мной наяву. Прямо сейчас. Между бёдер снова становится влажно, что подтверждает то, что я готова принять его.