Keep my...

81st pt.

Новый день встретил нас с Домицием со всей своей похотью к нашей неудаче.

Плотно позавтракав, мы отправились в лес. Просто в какую-то чащу, где из живых душ были лишь почти живые мы. Пришлось ловить воспоминания этих мест практически в экспресс-режиме, потому как иначе у меня был риск вновь упасть в сон на неопределённое время. Впервые сталкиваюсь с тем, что даже природа не помнит кого-то. Куда вообще мог подеваться вполне живой человек, пропав бесследно. Я вымотался практически к полудню, поэтому дядя предложил мне переместиться в тень, а то палящее солнце доставало нас даже сквозь зелень на том месте, где я застыл на несколько часов. Голова пухла от всего увиденного, но ничего полезного в этом не оказалось. Весь отдых я разгружал свою голову от лишнего, чтобы не словить перегруз. Так было всегда: сначала загружаешь что-то, а потом выгружаешь всё лишнее, чтобы не забыть, кто ты в этой истории.

Домиций всё то время сидел рядом со мной и смотрел куда-то в пустоту, будто бы думал о чём-то своём. Судя по лицу альфы, мне бы не рассказали, даже если бы я спросил, однако, я всё-таки сделал это: не попробуешь — не узнаешь. Блондин вздохнул, не смотря на меня, но всё же заговорил в тот самый момент, когда я уже было подумал, что меня всё-таки проигнорируют:

- С некоторых пор я думаю о том, чтобы умереть, Джошуа. Кажется, пришло время мне покинуть этот мир. У меня не осталось смысла поддерживать в себе проклятье, не осталось желания смотреть на мир сквозь призму наблюдателя и оставаться в стороне,- когда он говорил, мне было тяжело.- Из-за меня разрасталась расса вампиров... Если бы я знал, чем это обернётся, о страданиях, которые из жизни в жизнь ты проносишь... я бы искоренял в себе всё, лишь бы не допустить этого...

- О чём ты, дядя? Я не понимаю,- перебиваю старшего своим вопросом.

- Как думаешь, почему из первородных в живых остался лишь я?- лишь сейчас на меня посмотрели, пробуждая некоторые догадки, тут же отразившиеся в моём взгляде.- Именно. Я убил всех... убил всех, кроме двух...- снова отворачивается, снова вздыхает, но продолжает своё признание.- Тогда у меня только-только родились два племянника от двух братьев, да ещё и в один день. Это были альфа и омега. Рука не поднялась убить младенцев. Кто же знал, что они влюбятся друг в друга, сбегут от меня и породят тринадцать детей? Пришлось приглядывать. А потом пошла вся эта дичь с распространением заразы и среди людей. Племянников я убил спустя пару веков от их рождения. Тогда уже существовал наш клан, кто-то даже успел отделиться и образовать свой собственный. Я понял, что бессилен перед заразой, и просто сдался, наблюдая за всем. С каждым веком, с каждой новой войной между нами и оборотнями... становилось так тошно, хотелось лишь сказать пару слов, чтобы все мы умерли, потухли, как перегоревшие в подъезде лампочки,- узнать, что было в голове этого обычно такого рассудительного и улыбчивого (для меня) человека, было так ужасно. Я подозревал, что в них беспросветная тьма, но не подозревал, на сколько черна её глубина.