Set me Free

XXXI

— Здравствуй, Ликси, — развернувшись лицом к напуганному парню, одним лишь голосом успокаивает мужчина, заметив знакомого студента и тепло улыбаясь ему, быстро подбегая ближе, заметив состояние парня.

— Что произошло? — взволнованно спрашивает старший, осматривая тело студента на наличие каких-либо внешних травм, возможно имеющих влияние на общее состояние парня.

— Господин Пак… Я совершенно запутался, — не в силах больше оттягивать, с тяжёлым вздохом отвечает парень, устремляя совершенно пустой и уставший взгляд вдаль, не имея при этом цели что-то разглядеть. У него просто не осталось сил на что-либо, и даже этот разговор кажется чем-то непосильным, но парень прекрасно осознаёт, что ему необходимо вновь переступить через себя. Дальше будет легче, верно?

— Вы ведь тоже омега, господин Пак, так ответьте, пожалуйста, почему это всё происходит? — отчаянно молит Ли, понимая, что начинает медленно задыхаться от переизбытка эмоций. Тело медленно обмякает, начиная с ног, моментально немеющих от кончиков пальцев до колен, заканчивая тем, что Феликс практически падает назад, но, сумев себя удержать, встаёт более-менее ровно. Однако мужчина, всё это время стоящий рядом для подстраховки, настойчиво просит его присесть, придерживая парня. Протянув бутылку воды и сев напротив, он начинает рассказ, почему же этот мир так отвратительно устроен по сей день и насколько всё плохо.

Ему действительно не хотелось, чтобы такой молодой юноша узнал всю подноготную реальности, однако, раз уж он сам просится, не остаётся другого варианта, кроме как выложить абсолютно всё.

Торговля людьми существует так же давно, как и сами люди. Сначала несчастными были те, кто рождён с низким титулом. После это превратилось в звание раба, чья жизнь напоминала девять кругов ада. Стоит наконец заговорить о двадцатом веке, где, казалось бы, уже достаточно разумные личности, которые должны понимать, что является допустимым, а что нет. И действительно, они понимали, вот только лишь то, что теперь продавать людей в открытую нельзя, а также нельзя без разбора ровнять всех под одну гребёнку. Если альфы и тем более энигмы могли спокойно дать отпор, а беты были достаточно окружены необходимыми связями, то омеги остались ни с чем. С самого начала их сочли за низкое существо, которое даже не достойно считаться равным скоту. И которое может быть имуществом, принадлежащим обществу. Обществу, ослеплённому жаждой наживы.