Осколок уплывающего времени

17.

Твои слезы и глаза, вдруг развязали мне руки. Прости, малыш, но в обиду тебя больше не дам!
______________________________

После ухода Мираны, я еще около часа сидела и втыкала в стену. Я понятие не имела, как ей помочь. Как сделать так, чтобы она наконец открыла глаза и пришла в себя. Такое ощущение, что она сходит с ума. У неё едет крыша, от боли, от обиды. От чокнутых родителей. И её чувства, я ощущаю, словно они мои. Мне так хотелось, укрыть её от невзгод. Спасти от одиночества. Стать для неё тем человеком, к которому она придет всегда. В слезах. С улыбкой. Разбитой. Сломанной. Обиженной. Чокнутой. Безумной. Нежной. В любом виде. С любыми проблемами. Хотелось мне, чтобы она обнажилась передо мной. Я хочу, чтобы она коллекционировала любовь и нежность, а не боль и кинжалы в сердце.
И, опять мыслей, тупых, стая. И я понимаю, что молчать ей, гораздо больнее, чем кричать и говорить.
И, когда у меня прервалось дыхание, я не выдержала. Подорвавшись с постели, я схватила свой телефон и стала набирать номер Крис.

—Да, Кира, в чем дело? – спокойно спросила девушка.

—Бери Ваню и Виолетту, и срочно едем к Миране домой. – на нервах говорила я. – Срочно, Крис! Ты слышишь меня?

—Я не буду, просить объяснить все, ведь знаю, что вы сегодня виделись и то, что она «завалила» Английский. – голос Крис менялся. – Именно поэтому, мы выезжаем.

—Отлично, – обуваясь, ответила я. – Сейчас, я надеюсь, что эти уроды с ней, ничего не делают. Иначе, меня уже ничего не остановит.

Сбросив вызов, я схватила ключи от машины и тут же, вылетела с квартиры. Мне, понадобилась пять минут, чтобы вылететь со двора, на всей скорости. Чтобы не попасть в пробку, я ехала по дворам и проселочным дорогам. Благодаря этому, я была на месте, уже через двадцать минут. Остальные, приехали буквально через пару минут, после меня. Не говоря друг другу не слова, мы лишь кивнули и тут же, залетели в подъезд. Поднимаясь все выше, мы стали различать ор отца Мираны и её дикий плачь. Все. У меня поехала крыша. Стоило там, подлететь к квартире, как Ваня дернул ручку, открытой входной двери. Забежав в квартиру и даже не разуваясь, мы забежали в комнату Мираны. Её мать, стояла и орала, какая она никчемная мразь. Ну, а папаша размахивал ремнем. Бил он ее бляшкой, куда попадет.