– На границе нужно построить перевалочную станцию, – говорил Освещающий на другом конце стола, – чтобы весь обмен происходил там: привезли, разгрузили, погрузили, увезли. И чтобы ни одна варварская нога мне дальше этой станции не ступала...
Голос постепенно отдалялся, тонул в прозрачной воде серебряного кубка, который Стах-Рам рассеянно покручивал в пальцах. План он в общих чертах знал, и Су объяснял не для него, а для сидящей рядом Сави-Рин, чьи сцепленные руки покоились на тонкой книжице в неприметном переплёте – то ли журнал, то ли отчёт... Су выловил Предстоящую прямо из коридора и явно оторвал от каких-то дел, но с Освещающим не спорят, когда речь идёт о нуждах Содружества.
Стоило Стах-Раму отвлечься, как мысли потекли туда, куда они устремлялись теперь в любую свободную минуту: к башне на Западном холме, к её скрытному, изворотливому, непостижимому обитателю, который на ошеломлённый вопрос «как ты это сделал?!» на этот раз ответил без обиняков.
«Извини, Стах, но я тебе не скажу».
Придя к башне в назначенное время, Стах-Рам был готов к чему угодно – кроме того, что его там ждало. Его первым глупым, инстинктивным действием, когда он понял, откуда именно взялась лежащая у входа коробка, было вытянуть руку и потрогать поле отчуждения. На ощупь – никаких изменений, а внутреннее зрение как обычно выдавало пустоту. Потом он упрямо кидал камешки, заставлял Эрхэ щупать и кидать со своей стороны, едва не потребовал снять печать, недавно вновь появившуюся среди деталей его гардероба, но вовремя спохватился: это был бы уже перебор. Нет, с башней и с Эрхэ всё по-прежнему. Что же тогда?
От страшной догадки сердце ухнуло в пятки, и он прерывающимся голосом спросил: «Опять играешь с перемещением?.. Мало было прошлого раза?..»
На что Эрхэ мгновенно и очень решительно ответил: «Нет. Клянусь именем моего отца».
Такой клятве Стах-Рам не посмел не поверить, но к разгадке его это ничуть не приблизило. Эрхэ упёрся намертво; когда он так упирался, не помогали никакие попытки усовестить и окольные словесные пути. Стах-Рам в который раз подумал: какой частью правды он поделился с ними после того, как схлопнулась цитадель – десятой? Сотой? Была ли вообще хоть толика правды в его словах? Имел ли когда-то хоть кто-то допуск к его мыслям?
ВЫ ЧИТАЕТЕ
Дом Огненного Змея, том 1
خيال (فانتازيا)Амарат и Эмерия - два государства, разделённые стеной. В первом угасает древняя и некогда могущественная раса солнцепричастных, во втором происходят загадочные события, ставящие под угрозу спокойствие в стране. Судьба переплетает жизни троих людей п...
