Она подняла руки, словно говоря, что сдается, и направился к барной стойке.
— Будешь сок? — спросила она, словно ничего не случилось. — Я только что сделала свежий.
— Ты будешь говорить или нет?! — взорвалась я.
— Вазу поставь на место. Извини, я не подумала, что ты так бурно отреагируешь, — пожала плечами Кирв. — Я не могла не попробовать, понимаешь? Я бы не сделала тебе ничего плохого, Таня.
— Все, что можно было сделать мне плохого, ты уже сделала, — фыркнула я. — Рассказывай, что тебе известно, иначе я действительно сейчас наберу номер Кайрата. А потом поеду к твоей маме. Расскажу ей удивительную историю о том, как ее любимая доченька занимается грязными делишками, связанными с наркотиками. Вот она обрадуется! Образ идеальной дочери распадется на кусочки. И тогда, наверное, мамочка перестанет спонсировать тебя, да?
— О чем ты говоришь? — рявкнула Кира и со стуком поставила стакан с соком на стойку. — Я никакого отношения к наркотикам не имею! А твоя Малышенко… Она сама напросилась! Перешла кому-то дорожку, вот и поплатилась!
— Рассказывай, — попросила я. — Кира, пожалуйста, рассказывай.
И она рассказала — ей ничего больше не оставалось делать.
* * *
После встречи с Виолеттой около дома Тани, Кира затаила на неё обиду. Во-первых, её раздражал тот факт, что бывшая девушка выбрала не её, а какую-то старперку, а, во-вторых, она чувствовала себя униженной после той стычки. Эта Виолетта оказалась сильнее, и это задело Киру, которые последние годы постоянно тренировалась в зале, как ненормальная. Она справилась с ней, как с беспомощным котенком. Даже бить по всю силу не стала — ударила кулаком по забору, разбив её в кровь. Свой кулак, а не её лицо.
Кира хотела отомстить. Но прежде чем мстить, нужно было побольше узнать о своей сопернице. Она пробила Малышенко по своим каналам через одного знакомого в университете, и та оказалась почти идеальной. Отличный лектор, уважаемая научная работница, обладатель гранта и прочее, прочее, прочее. У Киры скулы сводило от того, какой правильной казалась эта Малышенко. И чем больше она узнавала информации о ней, тем больше не понимала, как Таня — яркая и эффектная! — могла запасть на такую, как она. Окей, наверное, девчонки считают её симпатичной, но хорошая фигура и красивое лицо есть и у неё, Киры. Чем Малышенко так приглянулась Татьяне? Тем, что была ее преподом? Или казалась не такой правильной, как на первый взгляд?
Кира решила проследить за Виолеттой, чтобы составить о ней более точное представление. Чтобы понять, какая она на самом деле. Для неё это было нечто сродни игры, да и времени свободного было море — друзья, с которыми она когда-то, до отъезда в США, общалась, куда-то пропали, а местные девушки после жизни в другой стране казались теперь пресными и неинтересными. Кира полагала, что сможет узнать о Малышенко что-то такое, что заставит Таню разочароваться в ней. Ведь не может человек быть идеальным. У каждого есть свои шкафы со скелетами. Или, как говорила мать, даже самый красивый цветок однажды может сгнить.
В тот день Кирв и узнала, что Малышенко явно кто-то очень не любит. Она действительно проследила за ней — от дома до университета, а от университета до офиса, и от офиса снова до дома, умудрившись при этом несколько раз её потерять. Ничего необычного не происходило, ну, или, по крайней мере, этого не замечала Кира. Она припарковалась неподалеку от машины Виолетты, которая ушла домой, и решила немного подождать — вдруг этот дура куда-то поедет. Например, к другой женщине? Или в бар пить с друзьями? Почему-то Кира была уверена в том, что Малышенко что-то скрывает — что-то такое, что обязательно разочарует Татьяну. Может быть, у неё есть семья и ребенок? А может быть, она играет в азартные игры. Или должна кому-то большие деньги? Как знать.
Однако сколько бы в тот вечер Кира не ждала свою конкурентку, сидя в машине, та на улице не появлялась. Прочно засела дома и явно никуда не собирался идти. Кира была голодна, и уже хотела уехать, как её внимание привлекла одна из машин, припаркованных рядом. Это был черный ничем не примечательный седан, но Кире показалось, что она уже где-то видел его. Глянув на номер — запоминающийся, с тремя восьмерками, он вдруг вспомнил, где. На университетской парковке. Эта машина ехала следом за машиной Малышенко.
«За ней следят, что ли?» — с усмешкой подумала она и уехала, решив, что это совпадение. Однако на следующий день, приехав к университету, он снова увидел эту машину — и снова неподалеку от автомобиля Малышенко. И напряглась— не понимала, что происходит, но отступать не хотела. Может быть, это её возможность заставить Таню забыть эту высокомерную дуру и снова быть с ней, Кирой?
«Ты помешанная», — сказала ей сестра, которая в этот день поехала вместе с ней. Она была в курсе всех её планов, да и вообще всегда помогала ей.
«На Тане?» — весело спросила, глядя на здание университета.
«На себе, — ответила сестра. — И на своем прошлом, которое не можешь отпустить».
Они стали спорить, и Кира постепенно раздражался все больше и больше, не зная, что ждет их впереди, и что именно сестра спасет её от больших проблем.
Малышенко задержалась на работе допоздна. Когда она вышла из университета вместе с коллегами, что-то с ними обсуждая, Кира обрадовалась. Следка оказалась занятием утомительным — она устала ждать, да и сестра смотрела на неё, как на идиотку.
Едва Малышенко тронулась с места, как машина с тремя восьмерками в номере тоже завелась — впрочем, тот, кто сидел за рулем, действовал очень аккуратно, и в какой-то момент Кира вообще потеряла его из виду. Она ехала следом за Малышенко, когда черный седан буквально вынырнула из какой-то подворотни и подрезала её. Пришлось ударить по тормозам и остановиться, чтобы не въехать в машину. Из нее вышел какой-то парень в кожаной куртке и капюшоне, накинутом на голову. Кира тоже вышла — её распирало от злости. Какого черта этот гаденыш чуть не спровоцировал аварию?! С ней ведь сестра, она испугалась.
Ты что делаешь? — выкрикнула Кира. — Обалдел, что ли?
Парень молча подошел к ней и крепко схватил за горло одной рукой. Он был очень сильным, и от него веяло чем-то опасным.
— Ты что делаешь? — опешила Кира, пытаясь высвободиться, но этого у неё не вышло. Она словно в стальной капкан попал. Да и рядом, как назло, никого не было — машины с большой скоростью пролетали мимо.
— Ты кто такая? — спросил парень с угрозой в тихом, словно бесцветном голосе. — Кто тебя послал? Воздуха катастрофически не хватало.
— Никто, — прохрипела Кира, ничего не понимая и все так же бесплодно пытаясь освободиться от захвата.
— Уверена? — усмехнулся незнакомец. Наверное, он сказал бы что-то еще, но дверь Кириной машины хлопнула, и на улице оказалась её перепуганная сестра.
— Отпустите её! — выкрикнула она. — Я сейчас полицию вызову!
Парень посмотрел на нее и почему-то послушался. Отпустила Киру, который тотчас закашлялась, и сказала:
— Не крутись рядом с ней. И забудь, что мы встречались. Иначе будут проблемы. Такие же, как у неё.
— К-какие? — выдавила Кира.
— Большие. И я совершенно серьезно советую тебе забыть о нашей встрече. Ибо твой номер я хорошо запомнил. И лицо твоей девушки.
— Я её сестра! — с негодованием в голосе выкрикнула она.
— Без разницы. Я не трону тебя только из-за нее, чтобы не пугать. Езжай.
Незнакомец кинул сестре слова извинений — впрочем, без особого раскаяния, и уехал, оставив Киру в злой растерянности.
Больше следить за Малышенко Кира не стала — решила, что себе дороже связываться с этой овцой.
