Убийство при свете рампы

5.5.

Кавалер Руби Риальто в домашней обстановке показался капитану не менее привлекательным, чем в их первую встречу в театре. Его домашняя куртка лазурного цвета с высоким воротом, хотя и была застегнута на все пуговицы, не прикрывала даже бедер, а узкие штаны с невинной откровенностью обрисовывали стройные ноги и круглый задик. Этот соблазнительный облик портили только темно-голубые глаза, глядящие на мир несколько исподлобья, отчего лицо кавалера Риальто, в котором повторялись прекрасные черты леди Мерод, приобретало мрачноватое, настороженное выражение.

- Я ненадолго вас задержу, кавалер Риальто, - сказал капитан Дамина, жестом приглашая юношу сесть в кресло рядом с собой. - Мне просто нужно уточнить некоторые детали вчерашнего вечера.

- Я не против, - ответил тот. - Если вам трудно называть меня полным именем, можете обращаться ко мне просто Руби. Оно у меня и вправду... немного странное.

Было в его голосе нечто мягкое и кроткое. Таких домашних лапочек Дано в детстве пугал пойманными лягушками и рогатыми жуками, в отрочестве дразнил рохлями и подкладывал в их школьные сумки булыжники, а в юности поил до беспамятства вином и трахал в разных непотребных позах. Словом, чувствовал себя в их обществе, как волк среди ягнят.

- Прежде всего, как вы провели вчерашний вечер?

- Отвратительно, - кратко сообщил Руби. - Вы ведь сами все видели.

- Я понимаю. Но, боюсь, для протокола допроса необходимы подробности.

- Честно говоря, я даже не знаю, с чего начать, - сказал Руби, помолчав немного. - Я приехал в театр в половине восьмого вместе с матерью, она всегда и всюду приезжает рано, потому что терпеть не может опозданий. Мы не особенно хотели смотреть эту "Виселицу", но Клэр целый месяц просила хоть раз взглянуть на свой уникальный номер в финальной сцене... Клэр вообще много о нем говорила, да и мама, когда узнала, постоянно изводила ее расспросами. Из-за их бесконечной болтовни мне казалось, будто я раз десять видел пьесу.

Без десяти восемь мы пошли к своим местам в зрительном зале. В девять начался антракт, и мать потащила меня в холл. Я бы остался в зале, - признался Руби, робко взглянув на капитана Дамину, - но она явно была не в духе, а я не хотел лишний раз злить ее. Впрочем, бродить с нею по холлу и любезничать со знакомыми я тоже не хотел, поэтому сказал, что плохо себя чувствую и выйду на улицу. Я простоял на крыльце до конца антракта. Потом явилась мать и устроила мне скандал из-за отсутствия плаща. Мы вернулись в зал - и все.

- А где вы оба находились в течение того получаса до начала представления?

- Нас встретила Клэр и потащила в свою гримерную показывать платья для пьесы. Она часто советовалась с мамой по поводу нарядов, кажется, работа театрального костюмера не вполне ее устраивала. Иногда они даже перешивали ее сценические платья вместе, Клэр и моя мать. Я не очень интересуюсь тряпками, и мне кое-как удалось сбежать от них в буфет. Там я встретил одного... одного знакомого, с которым вынужден был прекратить дружбу, - эти слова Руби произнес с заметным трудом, - и настроение у меня совсем испортилось. Собственно, этот знакомый был еще одной причиной выйти в антракте на крыльцо театра. Я не хотел столкнуться с ним в холле и делать вид, будто между нами все по-прежнему, хотя это совсем не так.

- Вы были на улице один? - уточнил капитан Дамина.

- Да. Лил сильный дождь, но я только радовался - никто не приставал ко мне со всякими глупостями.

- А вообще вы часто бывали в Королевском театре?

- Раньше - часто, но в последнее время старался туда не ездить. По личным причинам.

- Из-за человека по имени Хальстен? - подсказал капитан Дамина, внимательно наблюдая за реакцией Руби.