Образы под чернильным пером.

27

- И почему мне так повезло с семьей? - вздохнула Аня, слушая гневную тираду своей матери, закатывая глаза и отсчитывая минуты до приезда Мирона.

Безумно хотелось курить - не было сигарет, хотя дома валялся блок. Болела нога, слипались глаза после шести баттлов, прогулки по набережной и еще этого скандала.

- Мам, - протянула девушка, открыв глаза, - А я тут каким боком? Где моя вина в том, что Элина в двадцать лет не знает про презервативы? Где в этом всем глобальном пиздеце мой проеб?

- Ты подаешь плохой пример, - крикнула женщина.

- Чем же, блять? - удивилась блондинка. - Тем, что работаю руководителем проекта в одной из крупнейших корпораций? Тем, что меня узнают люди на улицах? Тем, что я общаюсь с закрытой тусовкой русского баттл-рэпа? Чем?

- Ты живешь отдельно, - произнесла мать, - Редко к нам приезжаешь. Мы о тебе ничего не знаем.

- Мне двадцать пять лет, - вскрикнула Киреева. - Я не могу сидеть у вас на шее в таком возрасте! У меня есть деньги, чтобы обеспечить себя и предоставить вам какие-то подарки на праздники. В чем я такая плохая? В том, что у меня нет детей и мужа? Да, но у меня есть та жизнь, о которой я мечтала.

Она резко встала и, не обращая внимания на крики Карины Эдуардовны, пошла в сторону выхода, сжимая кулаки, чтобы не завыть от боли в ноге. Заебал уже тот факт, что ее вечно попрекают в том, что она лучше, чем все ее сестры. Аня вышла на улицу и села на лавку, вдохнув прохладный ночной воздух. У нее в холодильнике сиротливо лежат две бутылки водки, палка колбасы и еще какая-то хрень - сегодня перестанут лежать.

- И чего ты ждешь? - спросила Люба, выскочив за ней.

- Я жду того, кто меня заберет, - пожала плечами девушка, услышав за поворотом визг шин. - По-моему, он меня не понял, когда я просила не превышать скорость.

- Это за тобой? - спросила самая младшая сестра, увидев черный сверкающий внедорожник.

- Ага, - кивнула блондинка, - По мою гнилую душонку.

Машина резко остановилась из подъезда, из нее выпрыгнул Мирон и, как обычно, без слов забрал Кирееву со скамейки, посадив в авто - через сорок минут они уже сидели у нее дома на кухне с водкой, кое-какой закуской и сигаретами.

- Мирон, - позвала его она, - Ты ведь бросаешь.

- Завтра брошу, - ответил мужчина, затягиваясь.